Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Страница 2 | Регистрация | Вход
 
Воскресенье, 19.11.2017, 06:11
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Смоленская область
Страница 2
 
Продолжение статьи "В ТЫЛУ ГРУППЫ АРМИЙ "ЦЕНТР". Автор Л. В. Котов
 
Подпольные партийные органы использовали все воз­можности для проникновения подпольщиков в оккупацион­ный аппарат. Бывший председатель Холм-Жирковского райисполкома, командир партизанского отряда М. П. Марышев рассказывает: «Гитлеровцы в помощь себе создали органы местной власти... Подпольный райком партии по­ставил перед собой цель: парализовать деятельность этих органов. Решили послать туда своих людей. Большую по­мощь нам в этом оказывало местное население. Мы сумели заслать в полицию, в аппарат волостных управ десятки преданных нам людей. В семи волостях... на 60—70 про­центов старостами работали наши люди. Они сумели орга­низовать массовый саботаж всех мероприятий оккупантов».
 
 
Андреевский подпольный райком партии внедрил в оккупационный аппарат 64 человека. В Сычевском районе помощник начальника районной полиции работал на партизан, выполнял их задания. В Екимовичском районе замести­телем бургомистра был ставленник подпольщиков. Гит­леровцы казнили его.
Иногда целые волости находились в руках подпольщиков. Так, во Всходском районе старшиной волости по заданию партийного подполья работал М. М. Богомолов. Во всех деревнях, входивших в волость, старостами были свои люди. Подобные случаи были и в других районах.
Подпольные партийные органы особенно много внима­ния уделяли массово-политической работе среди населения. Необходимо было противопоставить лживой фашистской пропаганде правдивое большевистское слово, информиро­вать население о положении на фронтах и в советском тылу. Главное же состояло в том, чтобы указать массам конкрет­ные пути борьбы с захватчиками. Ведь к борьбе стремились все — от мала до велика. Но не все знали, что и как нуж­но было делать в быстро менявшейся обстановке. Поли­тическая работа подпольных партийных органов была, та­ким образом, не только средством мобилизации масс, но и важной формой руководства народной борьбой во враже­ском тылу.
Подпольные райкомы партии создавали специальные агитколлективы для постоянной работы с населением. Сычевский подпольный РК ВКП(б) создал агитколлектив в 21 человек. Под его влиянием находилось 45 деревень, где за два года в общей сложности было проведено 648 мас­совых собраний и коллективных бесед, распространено 43 тысячи листовок, газет и брошюр. Темами бесед были: «Текущий момент и наши задачи», «Три года войны в Ев­ропе», «Саботаж и методы его проведения», «Слава герою, презренье трусу», «Зверства оккупантов» и другие (Государственный архив Смоленской области (далее—ГАСО)г ф. 2361, оп- If д. 80, л. 9—10. Читки и собрания проводились таким образом. Агит­коллектив, прибыв в деревню, выставлял вооруженную охрану, а затем собирал жителей. Делалось это для того, чтобы не дать оккупантам повода для расправы над населением. – Авт.). Батурииский подпольный райком партии провел в лесу три семи­нара для 127 пропагандистов и агитаторов.
Действенным средством политической работы среди населения было распространение передач московского радио. По неполным данным, подпольщики Смоленщины имели бо­лее 70 радиоприемников. Размноженные подпольщиками от руки и на пишущих машинках сводки Совинформбюро си­стематически появлялись в городах и других населенных пунктах области.
Нередко подпольщики использовали для политической работы сходки крестьян, проводившиеся прислужниками оккупантов. Вот один из примеров. Староста деревни Чальцево Смоленского района собрал жителей для читки про­фашистской газеты «Новый путь». Комсомольцы-подполь­щики решили использовать эту сходку для открытого вы­ступления перед односельчанами. Жительница деревни В. Н. Новикова впоследствии рассказала, как это произошло: «Осенью 1941 года староста собрал нас на сходку. Он начал читать фашистскую газету. Староста раздал всем плакаты, в которых говорилось о том, что Советская власть окончилась и никогда не вернется. Колхозники шумели, не слушали старосту. Разозлившись, он начал грозить, го­ворил, что уберет смутьянов. Вдруг из толпы вышел ком­сомолец Михаил Мельников. Не обращая внимания на угро­зы старосты, он громко заявил: «А теперь, товарищи кол­хозники, послушайте меня. Я вам прочитаю действитель­ную правду, которую нам прислали из Москвы...» Точно не помню, что читал комсомолец. Помню, была тишина. Все слушали Михаила с затаенным дыханием. Комсомолец при­зывал вредить фашистам, не слушать старосту, помогать партизанам. Он сказал, что Красная Армия разбила нем­цев под Ельней...» (Смоленский областной исторический музей (далее — СОИМ), инв. № 329, стр. 1—2. 19 мая 1942 года Михаил Мельников и 7 его товарищей были арестованы агентами СД и казнены. – Авт).
Массово-политическая работа подпольщиков и партизан неизменно давала весьма эффективные результаты. Уже в начале осени 1941 года народная борьба на Смоленщине приняла столь широкие размеры, что командующий груп­пой армий «Центр» фон Бок вынужден был 12 сентября 1941 года издать обращенное к населению специальное по­становление. В нем прямо признавалось, что, «возобновление порядка в России... саботируется преступной деятельностью, направленной против германских войск», что эта деятель­ность проводится с «ведома» и при «поддержке» населе­ния. Далее следовали драконовские меры:
«1. Кто укроет у себя красноармейца или партизана, или снабдит его продуктами, или чем-либо ему поможет (со­общив ему, например, какие-нибудь сведения), тот кара­ется смертной казнью через повешение...
2. В случае, если будет произведено нападение, взрыв или иное повреждение каких-нибудь сооружений герман­ских войск, как-то: полотна железной дороги, проводов и т. д., то виновные... будут в назидание другим повешены на месте преступления. В случае же, если виновных не уда­стся немедленно обнаружить, то из населения будут взяты заложники. Заложников этих повесят, если в течение 24 ча­сов не удастся захватить виновных, заподозренных в совершении злодеяния, или соумышленников виновных.
Если преступное деяние повторится на том же месте или вблизи его, то будет взято — и, при вышеприведенном условии, повешено — двойное число заложников» («Партизанская борьба с немецко-фашистскими оккупантами на тер­ритории Смоленщины. 1941—1943 гг.». Документы и материалы. Смоленск, 1962, стр. 487. – Авт).
Таким образом, фон Бок открыто признал не только поддержку населением действий подпольщиков и партизан, но и тот факт, что уже в начале осени, то есть через пол­тора—два месяца после оккупации области, эти действия приобрели очень активный характер. Что же касается драко­новских мер по отношению к населению, то они не возы­мели никакого действия. Советские люди вели смертель­ную борьбу с врагом, и их ничем нельзя было запугать.
Ярким проявлением исключительно высокой активности населения в партизанской борьбе с оккупантами был бур­ный рост подполья. Многие подпольные организации и группы возникали по инициативе подпольных партийных органов, но еще больше организаций и групп складывалось самостоятельно. Они находили связи с подпольными райко­мами партии и руководствовались в своей деятельности их установками. В эти организации и группы объединялись коммунисты и беспартийные, рабочие, крестьяне и интелли­генты, мужчины и женщины, люди зрелого возраста и молодежь. Наряду с коммунистами и комсомольцами подполь­ные организации и группы возглавляли и беспартийные патриоты. Подпольная борьба во всех ее проявлениях, как и партизанское движение в целом, от начала до конца бы­ла сознательной, партийной по своему идеологическому и нравственному содержанию. Некоторые исследователи го­ворят о «стихийности» в партизанском движении. С этим утверждением нельзя согласиться. Можно говорить лишь об элементах неорганизованности, особенно в начальный период борьбы. Сам же факт возникновения подпольных групп и партизанских отрядов по инициативе отдельных лиц был показателем не «стихийности», а проявлением вы­сокой сознательности, патриотизма, глубокой идейности советских людей, оказавшихся по ту сторону линии фронта.
Партия в первые же дни войны наметила правильную политическую линию, и народ поддержал ее. «Предприняв ряд активных попыток выйти из окружения и видя их бес­полезность, решил бороться в тылу врага, выполнять ука­зание партии, — рассказывает в своих воспоминаниях быв­ший батальонный комиссар В. И. Ляпин. — В деревне Власово Темкинского района связался с местными коммуниста­ми: председателем колхоза И. А. Тимофеевым, уполминзагом И. В. Кириком и его сыном Николаем, председателем колхоза деревни Шастово Н. Ф. Шибалиным. Проверив друг у друга партбилеты, провели партийное собрание. Решили по деревням создавать партизанские группы, собирать оружие, организовывать людей в партизанский отряд. Посколь­ку районного партийного начальства не нашли, решили дей­ствовать самостоятельно». Так поступали многие патриоты. Их действия никак нельзя расценивать как «стихийные».
Партийное влияние на массы в тылу врага было повсе­местным даже там, где не были созданы подпольные пар­тийные органы. Идеи партии за годы Советской власти про­никли глубоко в толщу народных масс. Поэтому не удиви­тельно, что во многих случаях организаторами борьбы вы­ступали беспартийные патриоты, которые выдавали себя за коммунистов, якобы получивших «особое задание» партии для работы в тылу врага. Так, в Дорогобужском районе оставшийся в окружении беспартийный московский ополченец В. И. Воронченко, действуя от имени партии, в короткий срок объединил разрозненные подпольные парти­занские группы в партизанский отряд под названием «Дедушка» (В 1942 г. В. И. Воронченко вступил в партию. За мужество и ге­роизм, проявленные в борьбе с оккупантами, за умелую организаторскую деятельность по созданию партизанского отряда он был награжден орде­ном Ленина. – Авт). В Монастырщенском районе беспартийный доктор Н. 3. Зорак поступил подобным же образом. Будучи инва­лидом (в Смоленском госпитале военнопленных ему ампути­ровали ногу), передвигаясь на костылях, он проявил исклю­чительную настойчивость и энергию в сколачивании под­польной организации.
То, что беспартийные патриоты сплачивали вокруг се­бя массы под знаменем партии, свидетельствовало о проч­ности связей партии с народом, о несокрушимости ее авто­ритета. Тысячи беспартийных считали себя солдатами пар­тии и действовали как коммунисты.
Учитывая природные условия Смоленщины (наличие больших лесных массивов), обком партии нацеливал под­польные партийные органы на развитие преимущественно открытой вооруженной партизанской борьбы. Для этого не­обходимо было организовать снабжение партизан продо­вольствием, оружием и боеприпасами, создать скрытые людские резервы и т. д. Важную роль в этом играло под­полье. Во-первых, оно само было источником для образова­ния партизанских формирований: многие подпольные орга­низации и группы в ходе борьбы реорганизовывались в партизанские отряды и подразделения. Во-вторых, подпольщи­ки выявляли и направляли в отряды добровольцев, способ­ных к вооруженной борьбе с захватчиками, организовывали побеги военнопленных и переправляли их к партизанам, со­бирали оружие и боеприпасы, проводили совместно с пар­тизанами боевые операции, вели в их интересах разведку.
 Подпольные партийные органы развернули активную ра­боту по созданию партизанских формирований. В ходе этой работы была найдена удачная форма подготовки этих фор­мирований. Она позволила в короткий срок собрать воедино патриотические силы, организовать и вооружить их. Этой формой явились подпольные партизанские группы. В отли­чие от партизанских отрядов, они находились в крупных на­селенных пунктах и городах. Днем члены групп были обыч­ными мирными жителями, работали по хозяйству, а по ночам выходили на боевые операции. Вот несколько характерных примеров.
В ноябре 1941 года в деревне Диво Демидовского райо­на по инициативе коммунистов Н. М. Митрофанова, К. Г. Слободкина, П. В. Шалушкина возникла подпольная группа. Вначале в ней было 9 человек. Подпольщики провели 2 не­легальных собрания колхозников и отдельно собрание моло­дежи, сорвали заготовку оккупантами скота, хлеба и теплой одежды. Одновременно шел сбор оружия для партизан и вербовались добровольцы в партизаны. 21 января был со­здан партизанский отряд «За Родину». Партизаны уничто­жили немецкую полевую телефонную станцию, перерезали многожильный кабель, соединявший штаб группы армий «Центр» с Демидовским участком фронта. Через несколько дней в Диво прибыл карательный отряд из 150 гитлеров­цев. Партизаны устроили засаду, подпустили колонну на близкое расстояние и открыли огонь. Гитлеровцы, увязая в снегу, бежали. На большаке остались лежать трупы 56 солдат и 2 офицеров. Так отряд «За Родину» открыл свой боевой счет.
В деревне Кубарово Духовщинского района в октябре 1941 года подпольную партизанскую группу создали комму­нисты старший лейтенант Г. К. Луговой, учитель Д. Д. Ива­нов и колхозный бригадир А. М. Буров. К февралю 1942 го­да группа действовала в 10 деревнях и выросла в много­численную организацию, охватившую местную молодежь и оказавшихся в окружении военнослужащих. В марте 1942 года подпольщики организовали партизанский отряд и перешли к боевым действиям.
В Духовщинском районе после ухода советских войск из Смоленска осталось много командиров и бойцов Крас­ной Армии, начавших партизанскую борьбу. Однако пло­хое знание местности и отсутствие тесного контакта с на­селением отрицательно сказывались на их деятельности. На помощь пришла работавшая в районе подпольная груп­па местных коммунистов, руководимая секретарем Духов­щинского РК ВКП(б) П. Ф. Цурановым.
 
 
Подпольщики рас­средоточили военнослужащих по деревням и создали из них подпольные партизанские группы, которые быстро росли за счет населения. Уже в конце августа было 9 таких групп, насчитывавших около 200 человек. Для руководства парти­занской борьбой в районе был создан подпольный райком партии, в состав которого по предложению П. Ф. Цуранова вошли и армейские коммунисты — старший политрук А. С. Туровский, политрук А. Е. Соколов и капитан Г. В. Очиров. Под руководством райкома подпольные партизан­ские группы вели политическую работу среди населения, занимались диверсиями на коммуникациях врага. Только в августе 1941 года они разобрали на реках более 50 мо­стов, взорвали много гатей. Подпольщики систематически уничтожали телефонную связь, устраивали засады на до­рогах, сожгли Петрищенскую МТС, где гитлеровцы органи­зовали крупную авторемонтную мастерскую. Пожаром бы­ли уничтожены склады с горючим, казарма, несколько ав­томашин, оборудование и запасные части. В феврале 1942 года подпольные партизанские группы были сведены в отряд. Командиром его стал А. С. Туровский, комиссаром — П. ф. Цуранов.
Быстро шло формирование подпольных партизанских групп и в других районах. Так, в Дорогобужском и Глинковском районах было более 30 таких групп. Многими из них руководили попавшие в окружение армейские работ­ники: полковой комиссар А. И. Михальцов, командиры С. В. Гришин, М. Т. Базаров, Г. П. Юрченко, В. А. Кисе­лев, А. И. Ильичев, Т. Н. Засыпка, Л. И. Симоненков, В. Д. Святченков, В. П. Пляшкевич, П. И. Чумак, московские ополченцы В. И. Воронченко и П. Ф. Силантьев. В янва­ре—феврале 1942 года на базе этих групп были созданы партизанские отряды «Ураган», «Дедушка», «Дед» и «Чай­ка», сведенные затем в партизанскую дивизию. Ельнинский подпольный райком партии создал из многочисленных подпольных групп партизанские полки имени Сергея Лазо и имени 24-й годовщины РККА. В Знаменском районе к де­кабрю 1941 года имелось 25 подпольных партизанских групп, насчитывавших около 850 человек. Для руководства ими был создан районный штаб. Вскоре все эти группы были объединены в партизанский отряд «Смерть фашизму». Во Всходском районе на базе 10 подпольных партизанских групп организовалось два партизанских отряда.
В Ярцевском районе в начале оккупации не было подпольного партийного органа (Секретари горкома и райкома партии Ф. В. Кузнецов и Т. X. Коидрашкин погибли в первые месяцы оккупации. – Авт.). Но здесь также стали воз­никать подпольные организации, переросшие затем в пар­тизанские отряды. Так, в деревне Приселье подпольную организацию из учителей и старшеклассников местной шко­лы создали директор местной школы С. П. Москалев и ком­сомолец В. Макуров. Ее штаб возглавил старший лейте­нант М. Савченко, комиссаром был С. П. Москалев. К декаб­рю в организации было уже 200 человек. Подпольщики добыли оружие. Созданный на базе организации партизан­ский отряд получил имя Н. Щорса.
К январю 1942 года на территории Ярцевского района действовало 10 подпольных партизанских организаций, в ко­торые входило несколько сот человек. По инициативе ком­мунистов И. И. Фомченкова, Я. И. Иванова и К. В. Цупова в начале февраля 1942 года все они объединились. Возглав­лял их военный совет. В марте 1942 года обком партии создал Ярцевский подпольный райком партии и утвердил И. И. Фомченкова его секретарем.
В Батуринском и Сафоновском районах было создано по 3, в Издешковском — 5 партизанских отрядов. Осенью 1941 года подпольные партизанские группы имелись во всех районах области.
Одновременно с созданием подпольных партизанских групп велась огромная работа по добыче оружия и бое­припасов. Активное участие в этом принимало население. Дело было поставлено широко: создавались специальные группы для сбора оружия, подпольные оружейные мастер­ские, тайники для хранения собранного оружия и боепри­пасов. Особенно отличалась молодежь. Так, комсомольско-молодежные группы Дорогобужского района собрали около тысячи винтовок, 3 тысячи гранат и несколько пуле­метов. В Сенском сельсовете этого района молодежный от­ряд по сбору оружия создал страдавший тяжелым неду­гом (он был слепой) комсомолец Петр Барбосов. Под его руководством деревенские ребятишки в возрасте 12—15 лет откопали из-под снега и передали партизанам более 100 вин­товок.
Молодежь деревень Лисичино и Новоселки Духовщинского района приметила место, где попавшая в окружение советская воинская часть утопила в реке две машины бое­припасов. Ребята решили поднять со дна реки ценный груз. Стоял сильный мороз, река была покрыта льдом. Потребо­валось много изворотливости и выносливости, но ящики с патронами были извлечены. Подпольщики Владимир Огур­цов, Вера Ковалева, Алексей Лапутин, Дина Самойлова очи­стили каждый патрон от налета окиси, а потом в сумках, корзинах и бидонах почти на глазах у фашистов перенесли боеприпасы в условное место в лесу.
Много оружия и боеприпасов собрала группа школьни­ков из деревни Щиплево Ельнинского района. Организовал ребят ученик 5-го класса одной из московских школ Алек­сандр Ефремов. Он приехал на каникулы к бабушке и по­пал в оккупацию. Признанный вожак деревенских ребяти­шек, он собрал вокруг себя группу товарищей — Александ­ра Радькова, Вадима Дрейке, Александра Ковалева, Алексея Юденкова, Владимира Волкова. Ребята собирали оружие или похищали его у гитлеровцев. Им удалось добыть 13 пулеметов, противотанковое ружье, много гранат и боеприпасов. Свои трофеи они прятали в лесу, в окопе. Юные патриоты передали собранное оружие партизанам.
Нередки были случаи хищения оружия на складах оккупантов. Так, подпольщики города Ельни овладели скла­дом боеприпасов местной комендатуры. Операция готови­лась тщательно. Виктор Ящемский устроился в городскую полицию, где сумел войти в доверие к начальству. Ему были известны менявшиеся ежесуточно пароли, что значительно облегчило проведение операции. Ночью 3 января 1942 года подпольщики во главе с Кривцовым и Ящемским бесшумно сняли часовых, перерезали связь и захватили склад. Ору­жие и боеприпасы погрузили на три подводы и доставили в деревню Клин, где формировался партизанский отряд имени С. Лазо.
В Сафоновском районе на базе Вадинской МТС гитле­ровцы организовали мастерскую по ремонту автомашин. Здесь под носом у фашистских надсмотрщиков по заданию подпольного райкома партии рабочие-подпольщики ремон­тировали для партизан собранное оружие.
Оккупанты понимали, каким богатым арсеналом для партизан являются места многочисленных сражений, про­шедших на Смоленщине летом и осенью 1942 года. Они приказали местным властям собрать и сдать оружие на скла­ды. Это дало возможность многим старшинам и старостам, связанным с подпольем и партизанами, легально вести по­иски оружия — хлам сдавался оккупантам, исправное ору­жие переправлялось в партизанские отряды. В Ельнин­ском районе староста деревни Хотнежицы подпольщик В. Н. Ковалев так инструктировал молодежь: «Вы, ребя­та, к моему двору носите то, что использовать нельзя: части разбитых машин, испорченное оружие, а хорошее прячь­те по гумнам». В деревне Гнездово, близ Смоленска, ста­ростой был бывший председатель колхоза «Красная заря» подпольщик К. С. Сергеев. По приказу немецкого комен­данта он организовал сбор оружия, поручив это дело ком­сомольцам Николаю Архипенкову, Василию Анисимову и Ивану Андрееву. Оружие было собрано. На склад свезли хлам, а исправное оружие укрыли в тайниках; позднее оно было переправлено в смоленский партизанский отряд «Яна».
К началу 1942 года на территории Смоленщины дейст­вовал 41 партизанский отряд, в которых насчитывалось 6500 бойцов. В каждом из 54 районов области имелось 8—10, а иногда и более подпольных партизанских групп. Это были скрытые резервы партизанских формирований. Чрезвычайно важным обстоятельством явилось наличие среди партизан и подпольщиков попавших в окружение командиров, политработников и бойцов Красной Армии. С помощью их боевого опыта и знаний подпольные партий­ные органы сумели за короткое время обучить и организовать тысячи патриотов в сплоченные, способные успешно бить врага боевые коллективы.
Разгром немецко-фашистских войск под Москвой, мас­совая политическая работа подпольных партийных органов вызвали огромный подъем среди населения. Ряды партизан и подпольщиков бурно росли. Повсеместно назревало во­оруженное восстание народа.
10 января 1942 года в Москве состоялось заседание бю­ро Смоленского обкома партии. Оно приняло решение не­медленно направить в тыл врага ответственных партий­ных, советских и комсомольских работников. В различные районы Смоленщины было послано около 40 человек. Они пробыли на оккупированной территории до конца марта 1942 года, проделав большую работу по установлению свя­зей с подпольными партийными органами и реализации директив обкома партии.
Учитывая сложившуюся обстановку в оккупированных районах, а также близость фронта, наличие крупных пар­тизанских сил и многочисленных подпольных организаций, обком партии предложил подпольным партийным органам и командованию партизанских отрядов вести политическую, организационную и военную подготовку к всенародному восстанию.
Возможность успешного осуществления восстания значи­тельно повысилась в связи с выходом на территорию Смо­ленщины рейдирующих частей Красной Армии. Так, в янва­ре 1942 года в Знаменском районе были высажены части 4-го воздушнодесантного корпуса, с севера на территорию обла
сти проникли части Калининского фронта и перерезали в разных местах западнее Вязьмы шоссе Москва—Минск. Части 1-го гвардейского корпуса генерала П. А. Белова прорвали вражескую оборону и вышли в район Семлева и Дорогобужа. В этих условиях в ряде районов Смоленщины начались вооруженные восстания. С 17 по 27 января руководимые подпольным райкомом партии партизаны и подпольщики Знаменского района совместно с подразделениями десант­ников освободили от врага 62 населенных пункта (СОПА, ф. 8, on. 1, л- 30, л. 54. – Авт.). Вос­стание перекинулось на другие районы. К марту Дорогобуж­ский, Глинковский, половина Знаменского и Всходского, часть Семлевского, Ельнинского, Кардымовского, Сафонов­ского и Спас-Деменского районов оказались в руках восстав­шего народа (СОПА, ф. 6, оп. 9, д. 117, л. 173. – Авт). Освобожденная территория составила более 200 квадратных километров с 610 населенными пунктами. В юго-восточной части области возник крупный партизан­ский край.
 
Продолжение
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz