Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Прокопюк Н.А. | Регистрация | Вход
 
Четверг, 19.10.2017, 10:19
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
ПРОКОПЮК НИКОЛАЙ АРХИПОВИЧ
(1902 – 1975)
 
 
Из книги «ГЕРОИ ОГНЕННЫХ ЛЕТ». Очерки о москвичах – Героях Советского союза. Московский рабочий, 1985.
 
ПРОКОПЮК НИКОЛАЙ АРХИПОВИЧ
Родился в июне 1902 г. в селе Самчики ныне Староконстантиновского района Хмельницкой об­ласти УССР. Украинец. Член КПСС с декабря 1944 г. До и после Великой Отечественной не­сколько лет жил и работал в Москве. Во время войны командовал партизанским отрядом на Во­лыни, на территории Польши и Чехословакии. Звания Героя Советского Союза удостоен 5 ноября 1944 г. После войны работал в органах МВД. В 1950 г. уволился по болезни. В 1975 г. умер.
 
 
ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТ
 
Николай Прокопюк — выходец из бедной крестьянской семьи села Самчики Староконстантиновского района Хмельницкой области. Отец его служил лесным сторожем у помещика. Сам же Николай в 14 лет экстерном закончил шесть классов мужской гимназии. В 1918—1919 годах он работал учеником и помощ­ником слесаря на Старосинявском сахарном заводе.
В 1920 году в связи со сложившейся тяжелой обстановкой в стране была проведена очередная мобилизация в армию. В числе мобилизованных оказался и Прокопюк. Молодой воин-кавалерист с завидной лихостью действовал штыком и саблей, освобождая места родной Волыни, в том числе и Староконстантинов.
В июле того же года ему поручили остаться в формировав­шемся военном комиссариате в только что освобожденном от белополяков Староконстантиновском уезде. Задач было не счесть: военкомату предстояло оперативно решать вопросы тыло­вого обеспечения действующей армии, вести учет и подготовку кадров, помогать партийным органам в упрочении местной вла­сти. До августа 1921 года Прокопюк работал военным руково­дителем волостного военного комиссариата в селе Рошеневка. А в августе он был назначен в уездную Чрезвычайную комис­сию, связав свою судьбу на всю жизнь с органами ВЧК — ОГПУ — НКВД — НКГБ — МВД СССР. Работал Прокопюк уполномоченным разведки по борьбе с бандитизмом, затем со­трудником и руководителем отдела. И все эти непростые обя­занности он исполнял в Староконстантиновском и Шепетовском уездных отделах, в Житомире, в Славутском и Могилев-Подоль­ском погранотрядах, в Харькове и Киеве. И везде, куда партия направляла Николая Архиповича, он чувствовал себя на перед­нем крае борьбы за власть Советов. 23 декабря 1923 года, когда страна отмечала шестилетие органов ВЧК—ГПУ, Шепетовский окружной комитет партии и окружной исполком наградили Прокопюка именным револьвером системы «наган».
Наступил 1936 год. Жертвой захватнических действий фа­шистских государств Италии и Германии стала республиканская Испания, где незадолго до этого внушительную победу одержал Народный фронт. Испанский народ вел революционную войну, ему помогали прогрессивные силы всего мира.
Среди многих советских добровольцев отправился защищать республиканскую Испанию и Николай Прокопюк. Был он стар­шим советником 14-го корпуса республиканских войск, командо­вал интернациональной партизанской бригадой. Бои под Грена­дой, операции у Теруэля и на Эбро, схватки с франкистами на валенсийском и других направлениях, взрыв Мотрильского мос­та — все это вехи героического пути воинов-интернационалистов бригады Николая Прокопюка, вехи бескомпромиссной борьбы с фашизмом.
Николай Архипович вернулся из Испании с чувством испол­ненного долга, приобретая достаточно большой опыт партизан­ской борьбы с фашизмом, с его техникой и повадками. Присту­пив к своей чекистской работе, он не мог не чувствовать, что об­щая обстановка на международной арене накалилась, что опыт борьбы в Испании может пригодиться в ближайшее время.
Великая Отечественная застала его в заграничной команди­ровке. С тяжелым сердцем он возвращался на родину, где сле­ды неудачного для нашего народа начала войны были слишком заметны. Гитлеровские войска обладали большим численным превосходством, многие районы и области советской территории оказались в оккупации, партия призывала к развертыванию партизанской борьбы в тылу немецко-фашистских войск.
Николай Архипович возвратился в Москву. Столицу было не узнать. Когда-то веселая и жизнерадостная, она стала теперь су­ровой, настороженной, боевой. Чекист сразу заявил о своем же­лании сражаться в тылу врага. Всему есть свой черед, заявили Прокопюку в наркомате, сначала надо подобрать кадры. И Прокопюк сразу же приступил к этой работе.
В те суровые дни сорок первого в столице формировалась Отдельная мотострелковая бригада особого назначения, созда­валась она из коммунистов и комсомольцев города, обративших­ся в центральные органы партии и комсомола с просьбой напра­вить их на фронт. Среди добровольцев были студенты и преподаватели московских вузов, известные спортсмены (бегуны братья С. И. и Г. И. Знаменские, боксеры Н. Ф. Королев, С. С. Щербаков, гребец А. М. Долгушин и другие). В бригаду зачислили и чекистов С. А. Ваупшасова, В. А. Карасева, Н.И.Кузнецова, Д. Н. Медведева, Е. И. Мирковского, Ф. Ф. Озмителя, К. П. Орловского, М. С. Прудникова. Среди них был и Николай Архипович Прокопюк, которого в бригаде назначили команди­ром четвертого батальона 2-го полка.
Во время тяжелых оборонительных сражений на полях Под­московья Прокопюк со своим подразделением занял оборону между Ленинградским и Волоколамским шоссе. Комбат создал глубоко эшелонированную оборону, насытив ее противотанко­выми и противопехотными препятствиями. Воины батальона на­смерть стояли на подступах к столице. А с 6 декабря войска Западного фронта, обескровив врага в оборонительных боях, пе­решли в решительное контрнаступление. Враг потерпел первое в истории второй мировой войны крупное поражение, был от­брошен на 200—300 километров.
Батальон во главе со своим командиром возвратился в Мо­скву в состав Отдельной бригады, чтобы готовиться к переброске в тыл врага.
Началась повседневная работа по переброске в тыл против­ника разведчиков, связистов, подрывников. Эту работу выполнял Прокопюк с большим интересом и желанием. Но с большим эн­тузиазмом он готовился к тому, чтобы самому принять непосред­ственное участие в борьбе с ненавистным врагом. Не раз выска­зывал это свое желание командованию.
Наконец в ночь на 1 августа 1942 года с подмосковного аэро­дрома поднялся «дуглас», имея на борту группу из восьми де­сантников во главе с Прокопюком. Самолет пересек линию фронта и доставил людей в район северо-западной части Жито­мирской области, около города Олевска. Вскоре прибыли сюда и остальные десантники. Отряд первоначально насчитывал 28 че­ловек и получил наименование «Охотники». Десантники напада­ли на мелкие гарнизоны немецко-фашистских войск, на их ор­ганы управления и базы снабжения, освобождали советских лю­дей, которых гитлеровцы угоняли в Германию.
Отряд Прокопюка рос и креп, набирался боевого опыта. К ле­ту 1943 года он насчитывал уже не одну сотню человек. Коман­дир отряда установил связи с местными подпольными партийными органами, с отрядами уже прославленных к тому времени партизанских вожаков Ковпака, Федорова, Сабурова. В тесном взаимодействии с ними Прокопюк проводил операции против гитлеровских оккупантов. Вот один из примеров совместных дей­ствий.
Неподалеку от крупного населенного пункта Городница рас­полагался лагерь советских военнопленных. Об этом подробные сведения отряд Прокопюка получил через местных жителей. Зна­ли о нем и в штабе партизанского соединения Сабурова, которое в это время дислоцировалось в лесах южнее Овруча. С целью вызволения советских воинов был разработан план операции: партизанский отряд под командованием Николая Прокопюка во­рвется в Городницу и активными действиями скует фашистский гарнизон, а тем временем отряд Иванова (из соединения Сабу­рова) нападет на лагерь и освободит пленных.
Операция была назначена на воскресный день, 25 января 1943 года. С наступлением темноты группа разведчиков отряда Прокопюка с помощью проводников скрытыми тропами проник­ла в Городницу. Выяснилось, что вся районная гитлеровская верхушка пирует на свадьбе местного лесничего. Часть развед­чиков вернулась к главным силам отряда, чтобы теми же тро­пами провести их в Городницу, а другая часть под видом мест­ных жителей пошла на свадьбу. Подвыпившие гитлеровцы не сразу разобрались, что за люди появились в доме в разгар ве­селья, а охмелевший начальник городницкой жандармерии Роде даже полез целоваться с одним из партизанских разведчиков.
Вскоре начальник жандармерии, а с ним и остальные фа­шисты подняли руки по команде партизан. Оцепенение гитле­ровцев длилось недолго, но этого времени оказалось достаточно, чтобы вражеское оружие перешло к партизанам.
Два часа Городница находилась в распоряжении партизан Прокопюка. Они могли удерживать населенный пункт и дольше, но отряд Иванова при попытке захватить лагерь с советскими военнопленными встретил сильное сопротивление и вынужден был отойти. Прокопюк, узнав о неудаче отряда Иванова, дал команду отходить.
Хотя основная задача, во имя которой проводилась операция, не была выполнена, она, эта операция, имела большое значение. Во-первых, партизаны еще раз убедились в том, что они в со­стоянии захватывать целые гарнизоны врага. Это обстоятельство поднимало моральный дух воинов-партизан. Во-вторых, факт захвата вражеского гарнизона стал известен всему окрестному населению, что также вселяло в местных жителей уверенность в окончательной победе над врагом. В-третьих, партизаны Прокопюка захватили оружие, боеприпасы и ценные документы шта­ба жандармерии. И, в-четвертых, появление партизан в Городнице и атаки лагеря военнопленных вызвали целый переполох в стане врага. Гитлеровское командование значительно усилило городницкий гарнизон, охрану лагеря, создало целые отряды для преследования партизан, а это означало, что враг оттягивал до­полнительные силы из состава своей действующей армии.
Отряд Прокопюка теперь подвергался постоянным нападени­ям со стороны карателей. Но командир хорошо знал местность и вел своих людей по только ему одному известным тропам.
Комиссар отряда майор Илья Павлович Галигузов, началь­ник штаба старший лейтенант Андрей Андреевич Горович всегда были в курсе событий как в отряде, так и вне его, разделяли с командиром тяготы нелегкой партизанской жизни.
Главная задача, о чем центр постоянно напоминал Прокопюку, заключалась в наращивании ударов по вражескому же­лезнодорожному транспорту. И Прокопюк никогда не забывал о ней. На линии Ровно — Ковель подрывники отряда работали ре­гулярно: подрывали железнодорожные рельсы, выводили из строя паровозы и вагоны, препятствуя врагу подвозить резервы и вывозить награбленное у местного населения имущество.
Если учесть, что в это время Советская Армия развернула широкие наступательные операции, что после Курской битвы войска многих советских армий широким фронтом двигались к Днепру, что в обороне противника образовывались большие бре­ши, что, в свою очередь, вызывало интенсивное движение по же­лезным дорогам, то будет понятно, какое большое значение имели действия партизан по срыву оперативных перевозок против­ника по железной дороге.
В конце 1943-го и начале 1944 года в Цуманских лесах Во­лынской области, где базировался отряд Прокопюка, стала слышна далекая артиллерийская канонада. Партизаны чувство­вали приближение фронта. Об этом свидетельствовало и пове­дение гитлеровцев. Они усилили свои зверства и грабежи, стали поспешно вывозить все движимое и недвижимое имущество. Прокопюк разрабатывал и осуществлял новые планы по срыву всех мероприятий вражеского командования. Планы командова­ния отряда проводились в жизнь с большим энтузиазмом. Все партизаны — от командира до рядового — с нетерпением ожида­ли прихода Советской Армии, горели желанием соединиться с ее регулярными частями.
Но в это время из центра поступил приказ, в котором указы­валось: «С приближением фронта, не дожидаясь дальнейших распоряжений, двигаться на запад...» И подполковник Прокопюк собрал свой военный совет. Был составлен план рейда в сто­рону юго-восточной Польши. Комиссар отряда майор Галигузов разработал план разъяснительной работы: каждый партизан должен знать, что отряд успешно действовал на своей территории, а теперь надо оказать помощь и братскому польскому народу в совместной борьбе против общего врага — гитлеровских окку­пантов.
Отряд шел на запад, не ввязываясь в затяжные бои, но гро­мил небольшие гарнизоны, разрушал вражескую связь, нападал на его коммуникации и базы снабжения.
К маю 1944 года район Люблина превратился в сплошной партизанский край. Здесь в Липском и Яновском лесах оказа­лись отряды советских партизан под командованием уже из­вестных к тому времени партизанских вожаков Карасева, Чепиги и других; здесь были и отряды польских патриотов. Если у Прокопюка к тому времени в отряде насчитывалось более 500 человек, то в указанных лесах — свыше 3 тысяч партизан. Железные дороги Ковель — Люблин — Варшава, Брест — Хелм, Брест — Краков находились под их постоянными ударами. Ок­купанты были изгнаны из многих городов и населенных пунктов. Довольно активную помощь партизанам оказывало местное на­селение.
Однако вскоре обстановка обострилась. Фашистское коман­дование, предвидя очередные удары Советской Армии, вознаме­рилось навести порядок в тылу своих войск. Оно решило орга­низовать крупную карательную экспедицию против партизан. Об этом стало известно и командованию партизанских отрядов. По­ступили сведения о том, что враг сосредоточил вокруг партизан­ского края до 30 тысяч регулярных, охранных и полицейских войск, оснащенных артиллерией, танками и даже авиацией. Ко­мандовал карательной экспедицией генерал Кратцерт, а начало генерального наступления было назначено на утро 14 июня.
На совещании руководителей партизанских отрядов высказы­валось мнение, что надо немедленно прорываться из намечав­шегося кольца окружения. Но куда прорываться? Как быть с польскими товарищами? Как быть с ранеными и больными? Все эти вопросы ждали своего решения. В конце концов пришли к мнению, что всеми партизанскими силами края будет командо­вать Прокопюк. Он и принял окончательное решение, которое сводилось к следующему: жесткой обороной в Яновском лесу отразить наступление противника, нанести ему максимальный Урон, а потом с учетом сложившейся обстановки избрать направ­ление выхода из окружения. Каждый отряд получил свой участок обороны, партизаны отрыли траншеи, ходы сообщения, позиции для пулеметов и орудии, заминировали подходы к своему переднему краю обороны.
13 июня Прокопюк с комиссаром и начальником штаба еще раз обошли огневые позиции отрядов, проверили наличие бое­припасов, уточнили вопросы взаимодействия и целеуказания. А к утру следующего дня на командный пункт к подполковнику явился Карасев с весьма ценными сведениями, добытыми им через пленного гитлеровца: был доставлен приказ Кратцерта. В нем гитлеровский генерал указывал, что в 7 часов войска вой­дут в соприкосновение с партизанами, в 9 часов навяжут им свою инициативу и спустя два часа он, Кратцерт, доложит о ликвидации партизан.
— Да, — многозначительно произнес Николай Архипович, — здесь и педантичность и самоуверенность. Но ничего, мы внесем коррективы в этот приказ.
У пленного гитлеровца был взят и другой документ, в кото­ром давались ответы на возможные вопросы последовательности выполнения этого приказа. Например, если потребуется помощь авиации, то последняя вызывается тремя красными ракетами. При этом передний край расположения гитлеровских войск обо­значается белым полотнищем клиньями в сторону партизан. Если окажется, что какая-то часть карателей попадает под об­стрел своих же частей или под удар самолетов «люфтваффе», то сигналом «свой» послужат белые ракеты в зенит.
Эти сведения были весьма кстати. И Прокопюк довел их до всех командиров отрядов, приказал иметь у себя красные и бе­лые ракеты, а также подготовить белые полотнища.
Ровно в 9 утра противник перешел в наступление. Повсемест­но партизаны встретили его организованным ружейно-пулеметным и артиллерийско-минометным огнем. Первая атака гитле­ровцев захлебнулась. Они ввели вторые эшелоны, усилили огонь артиллерии и минометов. Но партизаны с заранее подготовлен­ных, и хорошо замаскированных рубежей по-прежнему вели прицельный огонь. На участке польской бригады имени Ванды Васи­левской гитлеровцам удалось вклиниться в боевые порядки пар­тизан. Прокопюк быстро среагировал на это: он выдвинул из своего резерва роту Александра Лаврова. Противника выбили, и линия обороны польских партизан была восстановлена.
В 11 часов из стана врага взлетели три красные ракеты. Пар­тизаны тут же выложили на земле белые полотнища клиньями в сторону противника. То же самое сделали каратели. Вскоре семь пикирующих бомбардировщиков пролетели над лесом один раз, второй, не решаясь сбросить смертоносный груз. Пилотов, очевидно, смутило обилие белых полотнищ, не могли разобраться, где свои, а где партизаны. На третьем заходе летчики сбросили бомбы на позиции карателей. Гитлеровцы поспешно пустили серию белых ракет, то же самое сделали партизаны. Окончательно дезориентированные летчики убрались и больше не появлялись.
К 13 часам генерал Кратцерт использовал все свои резервы. Танками он не рисковал входить в лес, а ружейно-пулеметный огонь был малоэффективным. Наступавшие цепи гитлеровцев несли невосполнимые потери. Кроме того, на южном фасе партизанского фронта отрядам удалось контратакой улучшить свое положение, захватить вражескую артиллерийскую батарею и подбить два танка на подступах к своей обороне.
Около полуночи противник сделал последнюю попытку ата­ковать партизанские окопы, но опять его постигла неудача. За день партизаны отбили свыше 50 атак карателей, которые поте­ряли около 1,5 тысячи солдат и офицеров убитыми и не менее 2 тысяч ранеными. Потери партизан составили 105 убитых и 107 раненых. Потери немалые, но все познается в сравнении. А это сравнение убедительно подтверждало, что партизаны одер­жали крупную победу.
Подполковнику Прокопюку нелегко было принять решение о дальнейших действиях. Разослав связных за командирами от­рядов, он остался с комиссаром Галигузовым.
— Оставаться дольше в Яновских лесах нет ни малейшего смысла, — как бы рассуждая вслух, сказал Николай Архипович.
— Да, силы слишком неравные, — подтвердил комиссар.
— И Центр нам рекомендует прорываться. Но куда? — за­дал вопрос командир.
На совещании Прокопюк доложил свое решение прорываться в южном направлении, в сторону Сольской пущи. В этом ре­шении учитывались характер местности, поведение и группиров­ка противника, а также цели дальнейшей борьбы. При оценке противника Прокопюк безошибочно пришел к выводу, что планы генерала Кратцерта серьезно были нарушены, что он понес нео­жиданно большие потери, что для продолжения наступления на партизанские позиции он вынужден будет перегруппировать свои части.
Выполняя приказ подполковника, вся партизанская группи­ровка под покровом ночи без единого выстрела вышла из окру­жения. Это была очередная победа Прокопюка.
В Сольской пуще Прокопюк попрощался с польскими патрио­тами, а сам совершил многодневный, нередко с боями, 300-кило­метровый переход и 5 сентября прибыл в лесистый район Кар­пат. Отряд направлялся на помощь чехословацким друзьям. Партизан с большим радушием встречали крестьяне словацких деревень. К отряду присоединились бывшие солдаты 2-й словац­кой дивизии, не желавшие воевать против советских людей.
Партизаны в тылу 1-й танковой армии врага перешли к ак­тивным действиям: подрывали мосты, пускали под откос желез­нодорожные эшелоны. Командующий армией генерал Хейнрици решил предпринять контрмеры, чтобы очистить перевалы через Карпатские горы от советских и чехословацких партизан.
24 сентября сорок четвертого года, после того как войска 1-й гвардейской армии 4-го Украинского фронта пересекли поль­ско-чехословацкую границу в районе населенного пункта Каленова, гитлеровское командование направило против партизан крупные силы со стороны Меджилаборце. Танки, артиллерия, минометы — все было брошено против отряда Прокопюка. Атака следовала за атакой, все туже затягивалось кольцо окружения. Казалось, вот-вот противник ворвется в окопы партизан. И вдруг в воздухе появилось звено краснозвездных «илов». Смертонос­ный груз был обрушен на скопления танков и автомашин противника.
Утром 26 сентября враг подтянул новые силы. Его пехотные батальоны начали восхождение на перевал. Уже к 11 часам ба­тальон в походной колонне достиг перевала. Но в это время ра­зом заговорили молчавшие до этого десятки станковых и руч­ных пулеметов партизан, застрекотали автоматы, заухали взры­вы гранат. Гитлеровцы даже не успели развернуться в боевой порядок, в панике бросились вниз, подставляя свои фланги под огонь партизанской засады.
На другой день противник подтянул новые резервы, и бои во­зобновились. Так продолжалось до 30 сентября, когда по разре­шению советского командования партизаны вышли к своим.
И здесь командиру отряда Прокопюку вручили документ, ко­торый свидетельствовал о присвоении ему, партизанскому вожа­ку, звания Героя Советского Союза. Этот документ Николай Архипович сохранил до конца своих дней.
 
Д. Муриев
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz