Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Страница 3. | Регистрация | Вход
 
Воскресенье, 19.11.2017, 06:15
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Страница 3.
 
Продолжение В БИТВЕ ЗА ОТЕЧЕСТВО.
Из книги ГЕРОИ ПОДПОЛЬЯ.
 
В ноябре 1941 года подпольная группа гетто установи­ла связи с партизанскими отрядами под командованием Д. Сергеева и Н. П. Покровского, действовавшими в Руденском районе. Во второй половине декабря 1941 года из Минска на автомашине радиозавода в партизанские от­ряды А. Д. Сергеева и Н. П. Покровского были вывезены 19 патриотов, в основном командиры Красной Армии. 31 де­кабря эти отряды объединились в один отряд, который поз­же стал именоваться 208-м партизанским отрядом (в честь 208-й мотопехотной дивизии). Командиром отряда стал ак­тивный участник минского подполья полковник В. И. Ничипорович, комиссаром — секретарь Руденского РК КП(б)Б Н. П. Покровский. До марта 1942 года минское подполье имело тесные контакты с этим отрядом, неоднократно направ­ляло ему из города пополнение (рабочих заводов, военнослужащих). 20 января городской партийный комитет пере­дал отряду значительное количество медикаментов, пере­вязочных материалов, мыла, рукавиц. Вскоре отряд получил от подпольщиков и котлы для варки пищи.
Тесный контакт с 208-м отрядом поддерживал и Воен­ный совет партизанского движения. Так, во второй полови­не февраля 1942 года на явочной квартире начальник раз­ведки отряда И. 3. Рябышев получил от ВСПД листовки, ящик ручных гранат, пишущую машинку, теплые вещи (шерстяные носки, перчатки, ватники).
Весной и летом 1942 года в связи с бурным ростом пар­тизанского движения на всей оккупированной территории Белоруссии Минский подпольный комитет КП(б)Б принял энергичные меры к укреплению партизанских отрядов и бригад, действовавших в окрестностях Минска. С этой целью в начале мая 1942 года подпольный комитет напра­вил в Дзержинский к Узденский районы Минской области командира Красной Армии коммуниста Н. М. Никитина. Ему удалось объединить возникшие здесь мелкие партизанские группы в отряд, а затем создать бригаду. Н. М. Никитин проявил себя смелым и способным командиром. До нояб­ря 1942 года бригада под его командованием провела бо­лее 70 крупных боевых операций. По указанию подполь­ного комитета партии весной 1942 года в Дзержинском районе был создан антифашистским комитетом отряд под командованием батальонного комиссара С. А. Рыжака. Этот отряд вскоре вырос в партизанскую бригаду.
12 августа 1942 года представители Минского подполь­ного комитета прибыли в отряды «Мститель», «Буря» и другие. С их участием было проведено совещание команд­ного состава отрядов. Оно приняло решение образовать три партизанские бригады: «Дяди Коли» (командир П Г. Лопатин), «Дяди Васи» (командир В. Т. Воронянский) и «Старика» (командир В. С Пыжиков). В сентябре 1942 года по указанию подпольного горкома из четырех парти­занских отрядов, действовавших в Заславльском и Логойском районах, была создана создана партизанская бригада «Штурмовая». В крупные боевые единицы были объединены мелкие партизанские отряды, связанные с Минским комитетом КП(б)К и в районах Рожова, Ивенца, Мира, Столбцов.
Уже в июле 1941 года минские подпольщики начали совершать отдельные диверсии, направленные на подрыв боеспособности гитлеровской армии. Через Минск проходили важнейшие коммуникации и линии связи между войсками группы немецких армий «Центр» и Германией. И именно по этим наиболее важным для противника объектам подпольщики наносили свои удары.
Вспоминая о первых боевых операциях, один из участников минского подполья, Б.Г.Бывалый, писал: «Один из моей группы приходит ко мне и говорит, что есть возможность перерезать связь, потому что она никем не охраняется. Мы даём пару человек, и они пошли выполнять. Николай Байкаш помог связаться с некоторыми железнодорожниками… которые помогли нам сделать аварию, разобрали рельсы на подъездных путях, и там разбился товарный немецкий состав. В другом случае за Минском самодельную мину устроили, подорвали железнодорожное полотно, и маневровый паровоз с тремя вагонами потерпел аварию». Аварии на железной дороге совершались и посредством лап, которыми выдёргивали костыли, скреплявшие рельсы.
С образованием городского партийного центра диверсионная деятельность подпольщиков усилилась. Основной упор делался на подрыв вражеского железнодорожного транспорта. Подпольщики-железнодорожники А.Д.Балашов, М.Ю.Бури-Буримский, И.В.Гомельский, Е.К. Горица, Ф.К.Живалев, И.И.Иващенок, А.И.Корсеко, Ю.Ю. Крыживец, И.И.Матусевич, А.А.Островский, К.А.Павлечко, Н.Ф. Шкляревский и другие насыпали песок в буксы паровозов и тендеров, замораживали цилиндры, ремонт паровозов производили кое-как, лишь бы сбыть с рук. В ряде случаев всячески затягивали ремонтные работы. В декабре 1941 года коммунисты-подпольщики Ф.К.Живалев и М.Ю.Бури-Буримский вывели из строя две водокачки и водонапорную сеть. В результате весь Минский железнодорожный узел около десяти дней оставался без воды. Гитлеровцы вынуждены были гонять паровозы на заправку на реку Свислочь, что задерживало движение эшелонов. 50 паровозов были заморожены.
Широкое развитие с первых дней оккупации Минска получил саботаж мероприятий оккупантов. Эта форма массовой борьбы с захватчиками приобрела активный характер. Всюду: на железнодорожном узле, на заводах и фабриках – рабочие портили продукцию, сырьё, выводили из строя оборудование, ломали инструменты, выносили или приводили в негодность готовые изделия. Так, на фабрике имени Крупской работницы прокалывали изготовленные там парашюты. Работавшие на лесопильном заводе В.Я.Филимонов и его товарищи десятки раз выводили из строя пилораму и сожгли девять моторов. С хлебозавода «Автомат», обслуживавшего вражескую армию, рабочие ежедневно выносили большие тонны хлеба. С дрожжевого заводе «Красная заря» было унесено свыше 20 тонн крахмала. Систематически выносилась готовая продукция и сырьё с кожзавода «Большевик».
Вдохновлённые разгромом немецко-фашистских войск под Москвой и последующим наступлением Красной Армии, подпольщики планировали значительное расширение своей боевой деятельности. Уже на первом заседании городского партийного комитета 15 декабря 141 года И.П.Казинец говорил: «В основном наша задача сводится к тому, чтобы город Минск и его окрестности в нужный момент были освобождены от немецкой оккупации ещё до прихода Красной Армии. Желательно работу построить так, чтобы Красная Армия прошла путь от Борисова до Минска без сопротивления…»
Более обстоятельно этот вопрос обсуждался на расширенном заседании городского партийного комитета 5 января 1942 года. «В данное время Красная Армия одерживает победы на всех фронтах. Для того чтобы помочь нашей родной Красной Армии, - говорил в своём выступлении И.П.Казинец, - следует особо торопиться с выполнением поставленной задачи. Комитет требует усиленно заняться приобретением оружия. Шире повести работу в районах. Усилить агитмассовую работу с населением».
Горком обязал подпольные группы усилить сбор ору­жия и боеприпасов. Каждый подпольщик должен был при­обрести личное оружие, иметь медикаменты и теплую одеж­ду. В городе готовилось восстание, которое могло иметь успех, поскольку при приближении Красной Армии возник­ли бы растерянность и паника в стане врагов. Но подполь­щикам не удалось осуществить свои планы.
Как видно из «Сообщения полиции безопасности и СД № 9» за январь 1942 года и приказов комендатуры охра­няемых областей Белоруссии от 5, 8 и 15 января 1942 года, советские военнопленные с помощью минских подпольщи­ков готовили восстание в лазаретах №№ 1, 2, 3, расположен­ных в клиническом городке, Политехническом институте и Институте физкультуры, а также в лагерях, находивших­ся на территории бывшей сельскохозяйственной выставки и на заводе имени Октябрьской революции.
По этому смелому и дерзкому плану намечалось вы­вести из строя телефонную связь, атаковать комендатуру охраняемых областей Белоруссии, здания охранной поли­ции, окружного комиссариата, штаба танковых войск, аэрод­ром «Восток», 1-й лазарет, все лагеря военнопленных, за­вод имени Октябрьской революции. Заранее были составле­ны карты города и его окрестностей, на которых указы­вались военные объекты врага. В ряде пунктов было собра­но оружие, которое хранилось в канализационных трубах. Была подготовлена ударная группа из 300 человек, уста­новлена связь с партизанами, которые должны были под­держать восставших. Восстание было назначено на 4 января 1942 года
Однако в конце декабря 1941 года гитлеровцам через своих агентов удалось раскрыть планы подпольщиков. На­чались массовые аресты. Напуганные масштабами подго­товлявшегося восстания, фашистские власти с 5 по 15 января 1942 года объявили Минск на положении «боевой готовности». Основания для этого были веские. Как офи­циально заявила комендатура охраняемых областей Бело­руссии, если бы агентуре не удалось раскрыть заговор, то «восстание удалось бы на 100 процентов». Гестаповцы аре­стовали более 400 военнопленных, изъяли свыше 400 винто­вок, много пулеметов, ручных гранат.
С невероятной жестокостью фашистские палачи расправились с советскими патриотами. Кроме массовых аре­стов 18 января 1942 года они расстреляли свыше 1000 во­еннопленных при транспортировке их из лагеря к товарной станции. Трупы убитых трое суток валялись на Пушкин­ской и Советской улицах. Затем их сложили в штабеля в парке имени Челюскинцев, где они находились несколько недель. Но эти жесточайшие репрессии не остановили пат­риотов. Борьба в городе продолжалась с новой силой.
Важное место в деятельности минского партийного подполья занимала разведывательная работа. Подпольный горком партии первого и второго составов стремился охва­тить разведкой все более или менее важные объекты противника. Во втором составе горкома разведывательной ра­ботой руководил Д. А. Короткевич, направлявший деятель­ность широкой сети разведчиков. Было установлено систе­матическое наблюдение за движением воинских эшелонов на фронт и с фронта. Подпольщики собирали подробные сведения о численности, вооружении и изменении состава воинских частей в гарнизоне города, держали под наблюде­нием части, прибывавшие в Минск. Большая работа была проделана по разведке расположения и характера воен­ных объектов в городе: оборонительных сооружений, аэрод­ромов, военных складов и баз, системы связи внутри го­рода, а также с Берлином и фронтом. Собранные сведения направлялись в партизанские отряды, а через них коман­дованию Красной Армии для оперативного использования.
Значительную помощь оказывали минские подпольщи­ки советским разведчикам, действовавшим в Минске. На­пример, в 1942 году более восьми месяцев в городе нахо­дилась группа советских разведчиков, возглавляемая С. К. Вишневским (Смелый, С. К. Владимиров). В нее вхо­дили радист Е. Ф. Мельников (Таран) и В. А. Павлович. В контакте с этой группой работали связной ЦК КП(б)Б Н. М. Бортник (П. М. Гриб) и другая группа советских разведчиков во главе с Л. А. Барсуковским. Разведчики имели связь с Минским подпольным комитетом КП(б)Б. При помощи советских патриотов супругов П. Р. и П. А. Ля­ховских, Д. А. Максимова, матери и дочери Лисецких, О. И. Кухто, супругов А. Д. и М. Т. Загорских они прочно обосновались в городе. Подпольщики предоставляли раз­ведчикам конспиративные квартиры, обеспечивали их необходимыми документами, продовольственными карточками, помогали собирать сведения о противнике.
В мае 1942 года через эту группу советских разведчиков подпольщики сообщили в ЦК Компартии Белоруссии о су­ществовании в Минске подпольного горкома партии, о его деятельности в оккупированном городе.
Летом 1942 года разведчики неоднократно передавали в Москву сведения о передислокации частей противника, их вооружении и действиях в районе Минска. Значительная часть этих сведений была собрана подпольщиками. Когда возникла угроза провала группы Вишневского, подпольщи­ки переправили разведчиков и сотрудничавших с ними пат­риотов в партизанскую бригаду «Штурмовая».
Таким образом, весной и летом 1942 года минская го­родская подпольная организация значительно расширила связи с трудящимися города, вовлекла в борьбу боль­шое количество советских патриотов, повысила эффектив­ность всей своей деятельности. Значительно была укреплена материально-техническая база подполья.
В сентябре 1942 года через связных А. А. Езубчик и X. М. Пруслину Минскому подпольному комитету удалось установить непосредственную связь с Минским подпольным обкомом КП(б)Б, базировавшимся под Минском в парти­занском соединении. Однако начавшиеся в конце сентября 1942 года аресты прервали деятельность подпольного коми­тета.
Как уже указывалось выше, Минск в период немецко-фашистской оккупации был центром сосредоточения все­возможных карательных, разведывательных и контрразве­дывательных органов гитлеровского государственного аппа­рата. Вся огромная машина подавления, полицейского сыска, физического уничтожения населения была направле­на к ликвидации всякого сопротивления оккупантам. Активные же действия партийного подполья в Минске, все рас­ширявшееся его влияние на трудящихся города, вооружен­ная борьба партизанских отрядов, дислоцировавшихся вокруг Минска, вызывали бешенство карательных органов. В связи с этим по всевозможным каналам в подполье засы­лалась агентура, устанавливалась постоянная слежка за патриотами, проводились облавы по городу, многочисленные налеты на квартиры жителей и обыски, систематически менялся паспортный режим в городе, устраивались различные провокации.
Минский городской подпольный центр первого и второго составов вел борьбу с вражеской агентурой. Дважды, 21 и 28 января 1942 года, этот вопрос обсуждался на заседаниях городского подпольного комитета. Было принято ре­шение об уходе горкома в глубокое подполье, перемене местожительства членов горкома. Для связи с подпольными организациями были выделены специальные уполномо­ченные — В. К. Никифоров, Г. Д. Смоляр и И. Л. Белановский.
Только за лето 1942 года с санкции подпольного коми­тета в Минске было уничтожено 13 гитлеровских агентов. Но подпольщики не могли полностью противостоять дейст­виям изощренного в подавлении подпольной борьбы врага. Они только лишь приобретали опыт подпольной деятель­ности, овладевали необходимыми навыками конспирации. Имела место и некоторая недооценка сил фашистских ка­рательных органов, а в ряде случаев и беззаботность.
При помощи агентуры и хитросплетенных провокаций гитлеровцам удалось дважды, в марте и сентябре 1942 го­да, нанести тяжелые удары по партийному подполью.
Еще в сентябре 1941 года отдел фашистской разведки «абвер» заслал в минское подполье матерого агента Б. Рудзянко, который продолжительное время выдавал подполь­щиков фашистам. Только после войны были вскрыты его преступные действия, и он, попав на скамью подсудимых, был полностью изобличен в предательстве и по приговору суда расстрелян.
Фашистская агентура засылалась по линии «абвера», управления полиции безопасности и СД, полевой тайной полиции. В марте 1942 года начались массовые аресты со­ветских патриотов в городе. Полному разгрому подвергся Военный совет партизанского движения. Его руководители И. И. Рогов, И. Н. Белов, П. И. Антохин (Сергей), попав в руки фашистов, изменили Родине, стали на путь сотрудни­чества с оккупантами. Вскоре были арестованы секретарь городского партийного комитета И. П. Казинец, члены коми­тета С. И. Заяц (Зайцев) и Г. М. Семенов, десятки актив­ных участников партийного подполья и Военного совета пар­тизанского движения. Всего, по данным фашистских документов, в марте — мае 1942 года было арестовано 404 че­ловека.
Гитлеровцы жестоко расправились с арестованными подпольщиками. В отчете полиции безопасности и СД № 5 от 29 мая 1942 года сообщалось: «9.5.42 г. в городе Минске бы­ло публично казнено через повешение 28 участников парти­занской организации Белоруссии. В тот же день был рас­стрелян еще 251 человек из числа партизан... В Минске бы­ла проведена кампания против террористической группы на железной дороге, в ходе которой было арестовано 126 чело­век».
На улицах и скверах Минска фашисты повесили И. П. Казинца, Г. М. Семенова, Н. Ф. Герасимовича, М. Л. Екельчика, П. С. Алейчика, Е. К. Горицу, А. Корсеко, И. С. Ковалевского, депутата Верховного Совета РСФСР бригадного комиссара Н. И. Толкачева и многих других. По­гибли в фашистских застенках Г. Глухов, А. А. Арндт, И. Адамович, Н. Г. Демиденко, С. И. Заяц (Зайцев), Н. И. Иванов, И. Демин, Е. Н. Ревинская, М. Б. Чипчин и многие другие герои подполья.
Однако разгромить подполье фашистам не удалось. Оно продолжало действовать, вновь и вновь набирало силы и непрерывно наносило удары по гитлеровским оккупантам.
Второй, еще более сильный удар по минскому партийно­му подполью враги нанесли в сентябре—октябре 1942 года. В ночь на 26 сентября 1942 года полиция безопасности и СД арестовала 21 подпольщика, в их числе В. К. Никифорова. Вслед за этим в фашистские застенки были брошены все члены Минского подпольного комитета: Д. А. Короткевич, К. И. Хмелевский, И. К, Ковалев, секретари городских райкомов партии: Н. Е. Герасименко (с семьей), Н. А. Шугаев, И. И. Матусевич, Н. К. Корженевский; активные подпольщики: А. Ф. Арндт, Е. М. Баранов, И. Л. Беленовский, С. А. Благоразумов, Богданов, Воронов М. П. (отец), Воро­нов М М. (сын), С. М. Гапоненко, Т. Герасименко и ее дочь И. Герасименко, А. М. Гук, А. Н. Дементьев, С. Дуб­ровский и его жена И. Дубровская, Е. Думбро, Н. И. Зехов, И. И. Иващенок, Н. М. Качан (с семьей), И. X. Козлов, А. Кушелевич, Н. И. Наркевич, Л. Е. Одинцов, А. В. Пашко, И. Ф. Подобед, В. Ф. Рубец. Г. П. Сапун, С В. Сержанович, П. Н. Хмелевский, П. К. Ходасевич и его семья (жена и двое сыновей), П. М. Цветков, Н. Т. Цветкова, П.И. Чиркун, А. Ф. Ширко, Е. А. Шуйская и другие.
 
Д.А.Короткевич - бывший член ЦК Компартии Белорусии, в подполье - руководитель разведчиков партийного центра.
 
В.Ф.Рубец - медицинская сестра, вызволившая из фашистского плена многих советских воинов. Она снабжала партизан и подпольщиков медикаментами, документами, одеждой.
 
И.Х.Козлов - художник, изготовлявший для подпольщиков паспорта, пропуска и другие документы. Участник многих боевых операций.
 
Следователи СД Адольф Ведекинд, Кох, Фрониг и другие гитлеровские палачи-садисты пустили в ход самые изо­щренные пытки. Арестованных нещадно били, выкручивали им руки, пропускали через них электрический ток, устраивали самые чудовищные провокации. Но советские патриоты мужественно переносили истязания. Можно привести нема­ло примеров удивительной стойкости и героизма, которые проявили подпольщики в фашистских застенках. Сохрани­лись волнующие свидетельства их изумительного мужества, беспредельной преданности Родине и Коммунистической партии. Об этом свидетельствуют записки К. И. Хмелевского, В. Ф. Рубец, И. X. Козлова, С. В. Гринвальда-Мухи, Г. Г. Фалевича своим товарищам и родным, оставшимся на воле.
В одной из записок В. Ф. Рубец писала своей сестре М. Ф. Калашниковой: «Не горюй, родная! Будем все вместе. Взойдет и наша звезда когда-нибудь. Не кланяйся, не лей слез, пусть наши враги не видят их, держи голову выше. Видишь, сколько раз они меня одну похоронили: нас не так легко убить и похоронить, мы еще живем... Не го­рюй и не плачь обо мне. Не пугайся моих слов, нужно быть ко всему готовой... Верь, что будет еще счастье».
Пламенной любовью к Родине, священной ненавистью к фашистам, страстной мечтой о жизни для борьбы с захват­чиками проникнуто письмо от 27 декабря 1942 года комму­ниста-подпольщика И. X. Козлова, текст которого приведен в предисловии сборника:
«Настоящий патриот,—писал из фашистского застенка один из зачинателей минского подполья, И. X. Козлов,— тот, кто смело смотрит в глаза смерти. Не надо слез. Не надо отчаяния. Наша кровь ее прольется даром.
Крепитесь, крепитесь, не бойтесь и не отчаивайтесь!
Эх! Жить чертовски хочется! Мстить этим варварам - вот что нужно делать. Ну, если бы мне удалось... Можете представить вы, с каким бесстрашием... я бы уничтожал этих гадов ядовитых, а ведь два года назад боялся зарезать курочку.
Жить! Жить! Вот как хочется! Да не прятаться за спину товарищей, а с оружием в руках в ежедневной борьбе с ненавистными шакалами — в этом вся прелесть и вся цель жизни. Жить для Родины, для русского свободолюбивого народа, бороться за честь и свободу его — в этом вся прелесть жизни, это в данный момент идеал жизни».
О мужестве членов Минского подпольного комитета партии Д. А. Короткевича и К. И. Хмелевского рассказал впоследствии находившийся с ними в одной камере подполь­щик Г. П. Сапун: «С декабря 1942 года по 13 марта 1943 го­да я с ним (Д. А. Короткевичем) все время сидел в одних камерах— 10, 13 и 87-й — до отправки меня в концлагерь. В тюрьме он вел себя бодро и всегда твердил, что мы еще, ребята, поживем. У него была какая-то особая уверенность в жизни. Уныния он просто не знал. Вел себя выдержанно и вполне прилично. Он говорил: «Сколько меня ни мучили, но выжать ничего не выжали. Вот почему они меня так всег­да при допросах избивали».
А вот рассказ Г. П. Сапуна о К. И. Хмелевском: «Хмелевский был один из лучших товарищей, которых я знал из работников комитета. Он был всесторонне развит, полити­чески грамотен, выдержанный, идейно преданный комму­низму, логичен и последователен во всем. В самые тяжелые минуты он умел для каждого найти слова утешения. Сам также никогда не унывал. Я помню, что, когда меня от­правляли на транспорт, при прощании он мне вторично ска­зал: «Помни, ни одна женщина, ни один ребенок никогда не укажут на меня пальцем и не упрекнут, что они страдают через меня».
Много участников подполья, в том числе А. Ф. Арндт, Е. М. Баранов, И. Л. Белановский, С. А. Благоразумов, М. П. Воронов, М. М. Воронов, семья Н. Е. Герасименко, Н. И. Зехов, семья Н. М. Качан, И. X. Козлов, Д. А, Короткевич, И. И. Матусевич, Л. Е. Одинцов, В. Ф. Рубец, К. И. Хмелевский, А. Ф. Ширко, погибло в страшных муках в ду­шегубках, на виселицах или у тюремной стены от фашист­ской пули. Лишь некоторым из них с помощью оставшихся в городе подпольщиков и партизан удалось вырваться из лап фашистских палачей и вновь включиться в борьбу с захватчиками. Многие подпольщики погибли в Освенциме, Равенсбрюке, а некоторым удалось перенести все ужасы гитлеровских лагерей смерти и дождаться прихода Красной Армии.
Бросив в фашистские застенки сотни подпольщиков, ге­стаповцы ликовали. Но уже 6 ноября 1942 года в «Сообще­нии полиции безопасности и СД № 28» им пришлось доло­жить: «Вечером 21 октября неизвестные лица расклеили в 300 местах города Минска плакаты, отпечатанные рота­торным и типографским способом, содержащие обычные уг­розы против фашистов и призывы к белорусскому народу поддержать партизан и совершать акты саботажа. Благода­ря срочно принятым мерам плакаты в тот же день были сорваны». Это было делом рук оставшихся на свободе под­польщиков X. М. Александровича, Е. В. Афнагеля, И. К. Кабушкина, В. С. Казаченха, П. К. Калейникова и В. И. Сайчика. Они составили, отпечатали и распространили в Минске листовку «К населению Белоруссии», призывающую пополнить ряды подпольщиков и ответить на кровавый фашистский террор усилением борьбы с оккупантами. Листовка бы­ла издана от имени Минского комитета КП(б)Б и командо­вания Н-ской партизанской бригады.
 
И.К.Кабушкин - Герой Советского Союза, отважный разведчик и диверсант, один из самых активных участников боевых операций, любимец патриотов Минска.
 
Продолжение
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz