Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Глава 32. | Регистрация | Вход
 
Суббота, 18.11.2017, 20:55
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Глава 32.
 
Сегодня Вася Бирюзо видел сон… Сон из мирного времени. Яблоню возле дома с большими жёлто-красными плодами. Эта яблоня виделась особенно… Зелёная, величественная листва обрамляла её. И так от неё веяло теплом! В её ветвях играли лучи яркого летнего солнца. И яблоки на ней виднелись чётко, с особой силой: большие, сочные. И падали сами вниз. Сперва яблоко покачается на ветке – и сорвётся, летит, а потом, приземлившись, катится по земле, пока не зацепится за травинку какую или веточку. Остановится и ждёт, когда его подберут. Васю так и подмывало набрать этих сладких, сочных жёлто-красных плодов. Отец придёт с работы, а он ему их преподнесёт. Вот отец обрадуется! Улыбнётся, взлохматит своей сильной, большой рукой волосы на голове у сына…И Вася во всю прыть побежал к дому за корзиной. На пути его лежала поляна – зелёная, с пушистой мягкой травой, полевыми цветами, стрекотанием кузнечиков. На поляну лился летний, яркий свет. Грело солнышко. И Васе вдруг стало так весело. Он стал прыгать и бегать по этой поляне. На душе было так легко, свободно, радостно! Он раскинул в стороны руки, словно пытался обнять эту поляну, солнце, этот летний беззаботный день, весь мир! И смеялся, смеялся, смеялся, глядя ввысь, подставляя своё лицо летним тёплым лучам. И в этот миг видел только два цвета – жёлтое солнце и зелёную поляну. От пронизывающего его счастья он проснулся…
Он долго не мог отойти ото сна. Но вот он в действительности… Отца нет – он на фронте. В доме темно и пусто (мама с братом, видимо, ушли куда-то по своим делам), а за окном моросит нудный осенний дождик. Он пришёл в себя окончательно. Интересно, сколько сейчас времени? Долго он спал? Вчера ночью он ходил вывешивать листовки… Вопрос, как их воспринимает народ, его уже не волновал, он твёрдо знал: листовок ждут, их с жадностью читают, прячут и передают друг другу.
Он ненавидел фашистов с самых первых дней оккупации. Он был на улице, когда к ним в посёлок ворвалась немецкая нечисть. Он стоял в тени большого тополя и видел, как фашисты стреляют в собак, врываются в дома, бьют мирных жителей. На его глазах избили и увезли куда-то в грузовике семью его друга–еврея. Но он не мог ничего сделать. От бессилия кулаки его сжимались до боли, но он её не чувствовал… Он был вынужден только наблюдать. А потом ходил по улице и срывал их мерзкие приказы (к счастью, никто его за этим занятием не заметил, хотя он особо и не скрывался). Но этого было мало! Душа его негодовала и требовала большой и кровавой борьбы! Чтоб не давать этим животным спокойно жить ни днём, ни ночью, чтоб земля горела у них под ногами! И ночью загорелся полицейский участок… Средь белого дня полыхнули казармы, где расположились немецкие солдаты. Стали появляться листовки. А когда бумага у Васи закончилась, он взял в руки уголь и делал им надписи на заборах, на стенах зданий: «Долой фашистских оккупантов!», «Смерть немецким захватчикам!» и другие. Эх, если бы в руки автомат да гранаты! Вот бы он тогда повоевал!
А потом вернулся из окружения домой брат… Какое-то время он находился дома, но местный староста постоянно заходил к ним, требовал, чтоб Андрей устроился на работу, а то расправы ему было не миновать. Тогда Андрей переговорил с дядей своего школьного товарища и тот устроил его к себе на мельницу помощником. Андрей стал часто уходить в город, принося оттуда с собой вести с фронтов. По секрету он рассказал Васе, что нашёл нужных людей (которые тоже борются против фашистских захватчиков). Иногда уходил на всю ночь, прихватив с собой оружие, которое прятал в тайнике в конюшне. Иногда приносил уже отпечатанные листовки, которые Вася распространял по хутору, а иногда – только тексты листовок, призывы к населению, которые сперва нужно было переписать и размножить. В дом Бирюзо стали заходить девушки и хлопцы, передавали с Васей шифрованные записки. Но как Вася ни просился у своего старшего брата на боевые задания, тот отнекивался, говорил: «Мал ещё. Придёт и твоё время». А неделю назад Васю приняли в подпольную организацию «Борцы за Родину». После этого им обуяли гордость и ещё большее желание бить ненавистных фашистов…
…Вася встал с кровати, подошёл к окну. С жёлтых деревьев стекала небесная вода. Они словно плакали под осенним дождём, прощались с тёплым, солнечным летом. Вот и у Васи на душе сейчас было так же грустно и печально.
 
* * *
Утром Вера Петровна Бирюзо торопилась на рыночную площадь. В руке у неё была увесистая корзина, полная испечённых пирожков. Она почти каждое утро выходила на рынок продавать пирожки, которые хорошо раскупались. Поэтому семья Бирюзо жила при немецкой власти безбедно, от голода не страдала. Вера Петровна прижилась к новому порядку, часто журила сыновей за неподчинение немцам, за выходы из дома ночью. Старший – Андрей – только посмеивался, а пятнадцатилетний Васька сидел молча, насупившись и глядя исподлобья на мать. А потом они перемигнутся и уходят из дома ближе к ночи. Во время оккупации её дети очень сдружились между собой, часто перешёптывались где-нибудь в уголке, когда думали, что за ними никто не наблюдает. Чуткое сердце матери всё подмечало, и Вера Петровна хотела уберечь сыновей, спрятать их за своим широким подолом длинной льняной юбки.
Вера Петровна шла быстрой походкой. Это была высокая, сухопарая, уже немолодая женщина, спина у неё была постоянно выпрямлена, взгляд маленьких карих глаз жёсткий и прямой, движения быстрые. В центре рынка возле щита с объявлениями она заметила толпу людей, они что-то с увлечением читали и перешёптывались друг с другом. Что там может быть? Неужто новое распоряжение немецкого командования? С приходом немцев жизнь в хуторе замерла, остановилась. Молодёжь перестала появляться на улице. Вера Петровна пробралась сквозь толпу и взглянула на листок бумаги, исписанный мелким ученическим почерком. «Товарищи земляки!» - прочитала она, а дальше была последняя сводка Советского информбюро. У неё всё помутилось в глазах, буквы, строки слились в одно целое. Она узнала почерк. Эту листовку писал Васька, её младший сын. Так вот значит, что он скрывал, чем был занят! А его необычная дружба с Андреем, уже прошедшим фронт и окружение? Ведь между братьями разница целых восемь лет! Что их могло объединять, если не это? Вера Петровна постоянно этого страшилась, она слышала, что немцы с ног сбились, разыскивая тех, кто распространяет листовки. Она знала, на что способны немцы и боялась за сыновей. К тому же к ним в дом зачастил её двоюродный брат – ныне полицай. Кое-как пришла в себя, разговор с Васей решила оставить на потом, на вечер. А сейчас направилась в сторону рынка – на своё рабочее место…
После обеда, когда она пришла домой, Вася сидел у стола и читал книгу. Такой милый, близкий образ! Но лицо его было сосредоточено, серьёзно, он о чём-то глубоко задумался.
-Вася, - начала она, снимая с головы платок, - я видела на рынке листовку.
Но Вася только повёл плечом, не отрываясь от книги.
-Она написана твоей рукой, - говорила мать, опускаясь на табурет, который находился возле вешалки. Вася оторвался от книги, посмотрел на мать. Но молчал, только внимательно её разглядывал.
-Вася, тебе плохо живётся? Может, ты голодаешь? Или тебе нечего надеть? Мы же живём лучше других! Я всё для вас стараюсь сделать. Чтоб вы не знали ни голода, ни холода, ни мучений, - не отрывая взгляда от сына, говорила женщина, искренне не понимая, что ему ещё не хватает в этой жизни. Вася, молча и негодующе, смотрел на мать, о книге он уже забыл.
-Зачем ты это делаешь, сынок?
-Мама, неужели ты не понимаешь, кому ты пытаешься услуживать? Ведь это же враги, фашисты, оккупанты! – воспылал негодованием сын.
-Но тебе разве тяжело живётся? Плохо? – убеждала женщина.
-Да, мама, мне очень тяжело! – он соскочил со своего места и начал ходить по комнате. – Ты не понимаешь, мама! Мы должны бороться и гнать врага со своей родной земли! Каждый человек, каждый гражданин должен взять в руки оружие и идти с ним на врага! – Вася уже кипятился, размахивал руками.
-Но дядя Митрофан… - начала было говорить Вера Петровна.
-Вот и беги к своему Митрофану! Он просто приспособленец, трус и сволочь! Уничтожать таких надо! – горячился парень.
-Что ты говоришь, сын…
Но Вася уже выскочил из дома на улицу, громко хлопнув за собой дверью. Он бежал в сторону леса, не различая перед собой дороги. На околице остановился, прислонился к ближайшему забору, присел на корточки. И долго так просидел, погружённый в свои мысли, не замечая холода и злых слёз, что сами собой текли из его глаз. Вдруг он вздрогнул, скорее почувствовал, чем увидел, что к нему кто-то приближается. Протёр щёки от сырости, поднял глаза… К нему подходили и непринуждённо и беззаботно о чём-то беседовали его брат Андрей и Оля Мохнова – их связная из города. Зелёные глаза девушки лучились светом, она слегка улыбалась. В глазах брата Вася заметил тоже огонёк.
-Привет, брат, - непринуждённо заговорил Андрей, но заметил, что лицо младшего брата было опухшим, глаза потускнели, нос красный. Он что, плакал?
-Что случилось? – сразу посерьёзнел Андрей.
-Да так, ничего. С матерью поспорили, - ответил младший, пряча свой взгляд, потупившись в землю.
-Ты, Васёк, кончай это дело, - посоветовал Андрей. – С нашей матушкой надо быть повнимательнее. А то ведь возле неё всё дядька крутится.
Ольга, ничего не понимая, смотрела то на одного парня, то на другого.
-Ладно, пойду я, - наконец сказала она. – Пока.
-До встречи, - пробурчал ей Василий.
-Пока, - просто ответил Андрей и пожал девушке руку. – Увидимся ещё.
И она легко и задорно зашагала по тропинке, размахивая сорванным поздним цветком. Андрей положил на плечо младшего брата свою руку, притянул его к себе.
-Ты вот что, брат, - заговорил он, - не обижайся на мать. Какая бы она ни была, но зла нам не желает.
Они медленно направились в сторону своего дома. Некоторое время шли молча, потом Андрей заговорил тихо, остановившись возле ближайшей сосны:
-Ты хотел бы вступить в ряды Ленинского комсомола? – Андрей внимательно разглядывал младшего брата.
Вася серьёзно на него посмотрел.
-А разве сейчас такое возможно?
-Да.
-Конечно хотел бы! – радостно возликовал Васёк.
-Завтра в 12 часов в городе возле фонтана тебя будут ждать наши люди. Смотри не опаздывай, - до сих пор внимательно рассматривая брата, говорил Андрей. Васёк не сдержался, радостно закричал на всю улицу:
-Ура!
-Тише ты, услышат ведь, - попытался урезонить его Андрей.
 
* * *
И вот Васёк в приподнятом настроении бодро шагал в сторону города, насвистывая про себя песню «Три танкиста».
 
На лавке в центральном парке возле неработающего фонтана его уже ждала Оля Мохнова. Рядом с ней сидели высокая загорелая девушка с короткой стрижкой и в стареньком потрёпанном костюме и невысокий крепко сложенный паренёк в кепке и сером, изрядно поношенном пиджачке. Парень и Ольга оживлённо что-то обсуждали. Парень даже жестикулировал, а глаза Ольги горели озорным огоньком. Девушка сидела и слушала их молча. Несмотря на то, что между парочкой шла оживлённая беседа, говорили они тихо. Вася мог расслышать только сами голоса – грубоватый басок парня и мягкую спокойную речь Ольги (эта девушка почти всегда оставалась спокойна и рассудительна). Слов он не слышал.
Ольга заметила Васю сразу, как только он показался на площади, на открытой местности.
-А вот и наш товарищ из Грумово, - проговорила она. – Знакомьтесь, Вася Бирюзо, родной брат Андрея.
-Да, боевой у тебя брат! – сказал парень, крепко пожимая Васе руку и, прищурившись, разглядывая его своими ясными синими глазами. – А я Паша Каризо. А это, - парень показал взглядом на незнакомую девушку, - секретарь нашей комсомольской организации Августина Цаплина.
Девушка встала со скамейки, подала Васе руку для приветствия, улыбнулась ему, сказала:
-Ну, здравствуй. Много хорошего слышала о тебе от твоего брата. Вот и познакомились, наконец.
Они отошли в сторону, подальше от любопытных глаз. Густа с Пашей задали ему несколько вопросов, на которые Вася ответил тут же, без запинки.
-Что ж, Густа, - сказал Павел, - по-моему, он достоин стать комсомольцем?
-Да, боевой парень, - подтвердила Густа.
-Только учти, Василий, этой чести сейчас удостоены немногие. Мы принимаем в комсомол только самых надёжных и проверенных людей, - говорил Павел, вручая Васе временный (отпечатанный на типографском станке подпольной организации) комсомольский билет. – Спрячь его подальше и храни как самое дорогое.
Вася принял билет и спрятал его в нагрудный карман своего пиджака.
-Спасибо, - почти шёпотом произнёс он. – Я докажу вам, что не зря ношу имя комсомольца!
-Вот сейчас сразу и нужно будет это доказать, - Ольга подмигнула Павлу. – Мы с Густой пойдём, пожалуй, дела ещё есть. Пока, мальчики, - и она им махнула рукой. Они с Густой удалились, о чём-то беседуя.
Павел оглядел Васю всего с головы до ног оценивающе.
-Готов задание прямо сейчас выполнить?
-Конечно! – в запале выпалил Вася, надеясь, что его отправят взорвать полицию, жандармерию со всеми немцами и полицаями вместе взятыми! Ну, или на худой конец – машину с боеприпасами, двигавшуюся в сторону фронта.
Но Паша тихо произнёс:
-Надо перенести патроны из Баукино в арсенал.
-Что сделать? – негодовал Васёк. – Какие патроны?
-Всё уже по дороге. Пошли давай.
Шли они быстрым шагом в сторону отдалённого района города – Баукино. По дороге Вася узнал, что девчата из Баукино раздобыли у румын два ящика с патронами. Теперь их нужно было перенести в арсенал организации, который находится в развалинах старой башни на берегу реки. Путь обратно лежал через рынок и площадь. Сейчас же они двигались через небольшой лесочек. Вдруг Паша остановился, прислушался и пронзительно свистнул, подождал немного, снова свистнул. Откуда-то из-за кустов послышался ответный свист. И сразу же появились ещё трое парней, в руках у них была мешковина.
В будущем уже Вася узнал, что это были Валера Демьянов (черноволосый, кареглазый, среднего роста серьёзный парень), Антон Деменко (со вьющимися светлыми волосами, синими улыбчивыми и приветливыми глазами, невысокий шустрый паренёк) и Рома Лузин.
-Ну что там? – тихо спросил у них Паша. Ромка ответил за всех:
-Пока всё в порядке. Девчата ждут нас у Ларки.
-Ладно, идём. Главное, картошкой побольше завалить. Нашли её? – уже на ходу узнавал детали Павел.
-Анька нашла где-то гнилую. Не должны прикапываться, - всё так же живо и охотно отвечал Ромка.
-Обратно, если загребут, мы ходили за город за картошкой. Стоять на своём.
-Да не учи нас, Паша, - заверил его Антон. – Не впервой. Прорвёмся.
-Слёз не жалеть, - наставлял всех командир группы.
-Зачем? – искренне удивился Вася и приостановился. Все тоже остановились, чтобы отдышаться. Посмотрели на него. Заговорил Валера:
-Вася, нам патроны просто необходимы, и мы должны их донести до места. Если полицаи вдруг загребут, то мы должны сделать всё, чтоб они нам поверили! В мешках у нас картошка, семья сидит голодом, сами кушать хотим. А для пущей убедительности не грех и слезу пустить. Ясно?
-Теперь ясно, - кивнул головой Вася. – Но всё равно не понимаю.
-Чего?
-Подпольщик со слезами…
Все улыбнулись.
-А вот этого они знать ни в коем случае не должны! – приблизился к нему вплотную Павел, строго глядя ему в глаза своими большими синими глазами.
-Провалит дело, - неуверенно произнёс Ромка.
-Не провалю! Вот увидите, - порывисто заверил всех Вася.
-Идёмте, девчата ждут, - сказал Павел.
Они подошли к крайней избе. Паша тихо постучал в окно. Выглянула симпатичная девушка с длинными косами, сделала жест рукой. Тут же появилась в проёме двери, быстро прошла в сторону сарая, ребята последовали за ней. Зайдя в сарай, плотно закрыли дверь. Она начала разгребать кучу сена, вымолвила:
-Помогите, чего стоите? Быстрее будет.
Вместе они моментально разгребли кучу сена, отодвинули с пола пару досок, под ними оказался вместительный тайник, в котором сейчас находились два ящика с патронами.
-Как вы умудрились вместе с ящиками-то всё стащить? – удивился Паша, быстро выгребая содержимое ящиков в мешки, которые они принесли с собой. Лара только плечами пожала:
-Девчата у нас боевые, ты же знаешь! Одна только Алька чего стоит.
Больше они ничего не говорили, а только быстро опорожняли ящики. Наконец все патроны были перемещены в мешки.
-Где картошка?
-Вон, в углу, - указала Лариса. Они так же быстро заполнили мешки и картошкой.
-Ящики сожги, - сказал на прощание девушке Павел. А к парням обратился:
-Будем продвигаться двумя группами – Валера с Антоном через Озерцы, а мы по прямой дороге.
И ребята разошлись в разные стороны. Путь был не ближний, да и ребята уже немного устали, потеряли бдительность, они были полностью уверены в себе. Вася думал сейчас о том, как они доберутся до старой башни, разгрузят мешки. Арсенал – интересно, что он из себя представляет? Конечно, там много оружия, скорее всего, есть и автоматы. И он представил себе, как убедит Павла (он чувствовал, что именно Павел главный и всем заправляет), чтоб тот ему дал автомат. И как потом Вася будет ходить и всех немцев и полицаев расстреливать.
Вдруг, шедшие впереди Паша и Ромка, остановились. Вася последовал их примеру, поднял голову… Взгляд его наткнулся на две фигуры в чёрных мундирах и с белыми повязками на рукавах. Сердце, казалось, остановилось. Что там говорил Паша, пустить слезу? Хотя Вася и здорово перепугался, но слёз не было, никаким усилием не получалось их выдавить. А Паша тем временем держал разговор с полицаями:
-Кто такие? – рявкнул один из них.
-Местные мы, - еле сдерживаясь от ярости и злобы, говорил спокойно Павел. – За картошкой ходили в деревню.
-Какой картошкой? – наступал второй.
-Дяденьки, нам кушать нечего, голодаем уже третий день, вот мамка и говорит: «Сходите к деду за картошкой», - почти жалостно уже говорил Павел. – Отпустите нас, дяденьки.
Полицейские переглянулись. Ох, как не хотелось им топать до полицейского участка, возиться с этой шпаной! И их уже хотели было отпустить, но, посмотрев на Рому Лузина, передумали. Он весь напрягся, словно готовясь к прыжку на них, кулаки были сжаты, а взгляд пылал ненавистью. Полицаи переглянулись.
-А ну марш в участок!
Они как раз были недалеко от площади, так что дорога до полиции оказалась недолгой. Дежурный в коридоре сонно, безразлично оглядел их:
-Кто такие?
-В городе задержали.
-Что в мешках?
-Говорят, картошка.
-Зачем вы их сюда притащили?
-Проверить бы надо. Зови Печечкина сюда.
-Вам надо, вы и зовите, - вяло отозвался дежурный.
Ребята переглянулись. Тут в коридоре появился Барсуков – новый помощник начальника полиции.
-Кто такие? – громовым голосом рявкнул он.
-Шпана местная, говорят картошка в мешках. Проверить бы их, - ответил один из полицаев. Вася замер, душа его упала в пятки, взглянул на Рому – у того непроизвольно крепко сжались кулаки, лишь один Паша оставался внешне спокоен.
-Так проверяйте, чего стоите? – орал Барсуков. Один из полицаев забрал у Васи мешок, заглянул туда.
-Действительно картошка. Гнильё одно, - заключил он.
Барсуков на ребят так и не взглянул (видимо, его занимали совсем другие мысли, чем эти парни с картошкой), поэтому и не заметил внешнего напряжения Васи и натянутости Ромы.
-Так что, их отпустить, что ли? – нерешительно уже спросил один из полицаев.
-Выпороть сперва! Чтоб неповадно было, - рявкнул Барсуков. – А если вы ещё сюда притащите молокососов – и вас выпороть прикажу! – закричал Барсуков, ногой пнул ближайший стул и скрылся за одной из дверей.
 
Когда они пришли на конечный пункт своего пути, их ждал один Валера, Антона уже не было.
-Вы что так долго? – помогая выгружать из мешков картошку с патронами, спросил Валера у мрачных своих товарищей. Пашка, сплёвывая сквозь зубы, сдержанно рассказал всё другу.
-Надо внимательнее быть в следующий раз, - говорил Валера. – Это хорошо ещё, что девчата догадались такой гнилой картошкой нас снабдить. Была бы добрая – расправы не миновать.
-Почему? – искренне удивился Вася. Остальные негодующе посмотрели на него.
-Потому, что с хорошей картошкой они бы выгребли всё и добрались до патронов.
 
-Ну что, Вася, страшно было, когда нас повязали? – спросил Паша, когда Валера с Ромой ушли, и они остались в развалинах одни.
-Немного, - отозвался Вася, перебирая камешки на земле.
-Это мы ещё легко отделались.
Вася поёжился, тело давало знать о себе это посещение полиции.
-Надо быть ко всему готовым, - прищуриваясь и о чём-то задумавшись, говорил Павел.
-Я готов, Паша, не сомневайся во мне.
-Я знаю, - наконец обратил на него внимание Павел. – Надо вот ещё что сделать. Ты инструменты в руках когда-нибудь держал?
-Какие? Приходилось.
-Кусачки, например.
-А зачем? – внимательно смотрел на него Вася.
-Провода резать. Связи у немцев быть не должно!
-Да, я всё понял. Постараюсь сделать.
-Вдвоём с Андреем будешь делать. Он всё подробно расскажет, - говорил Каризо, поднимаясь со своего места.
-Хорошо. Можешь рассчитывать на нас.
 
И телефонная связь, связывающая город с другими населёнными пунктами, идущая через Грумово, стала регулярно обрываться…
 
Глава 33.
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz