Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Власов А. А. | Регистрация | Вход
 
Пятница, 15.12.2017, 19:09
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Власов А. А.
 
 
Из книги "НЕОТВРАТИМОЕ ВОЗМЕЗДИЕ". ПО МАТЕРИАЛАМ СУДЕБНЫХ ПРОЦЕССОВ НАД ИЗМЕННИКАМИ РОДИНЫ, ФАШИСТСКИМИ ПАЛАЧАМИ И АГЕНТАМИ ИМПЕРИАЛИСТИЧЕСКИХ РАЗВЕДОК. Под редакцией генерал-лейтенанта юстиции С. С. Максимова. Составитель М. Е. Карышев.
МОСКВА. ВОЕННОЕ ИЗДАТЕЛЬСТВО, 1987
 
Генерал-майор юстиции в отставке Ф. ТИТОВ
КЛЯТВОПРЕСТУПНИКИ
 
Материалы уголовного дела бывшего генерал-лейтенанта Совет­ской Армии Власова и его ближайших сообщников представляют интерес не только для юристов, историков и писателей. Совет­ские люди должны знать, какие злодеяния совершили эти гнус­ные подонки, поднявшие руку на свой народ в годину суровых испытаний.
В западной буржуазной печати уделяется много внимания освещению деятельности Власова в годы войны. Помимо много­численных статей, в которых рассказывается о власовцах, в 1968 году в ФРГ вышла в свет отдельная книга Свена Стеенберга, целиком посвященная истории служения власовцев немец­ким фашистам. Само собой разумеется, западная печать препод­несла читателям деятельность изменников нашей Родины в пе­риод минувшей войны в тенденциозном плане, показав их не как предателей советского народа, а лишь как «идейных» противни­ков социалистического строя.
С определенной симпатией о Власове отозвался и выдворен­ный из Советского Союза Солженицын. Он усмотрел в действиях Власова и подобных ему людей по тесному сотрудничеству с гит­леровцами в суровые годы второй мировой войны не измену Со­ветской Родине, не предательство, а всего лишь вынужденный шаг в сложившихся тогда неблагоприятных для нас условиях на фронтах войны.
В августе 1977 года по западногерманскому телевидению шел фильм о Власове, где была предпринята попытка обелить измен­ника.
Так что же действительно представляет собою дело Власова и его сообщников?
Сообщение Военной коллегии Верховного Суда СССР об осуж­дении Власова и его сообщников опубликовано в «Правде» 2 ав­густа 1946 года. По делу были привлечены к уголовной ответ­ственности и по приговору от 1 августа 1946 года осуждены к смертной казни через повешение 12 человек: А. А. Власов, B. Ф. Малышкин, Г. Н. Жилсиков, Ф. И. Трухин, Д. Е. Закутный, А. И. Благовещенский, М. А. Меандров, В. И. Мальцев, C. К. Буняченко, Г. А. Зверев, В. Д. Корбуков и Н. С. Шатов.
Вина этих людей состоит в том, что все они, оказавшись при различных обстоятельствах в плену у фашистов, добровольно предложили им свои услуги для борьбы против Советского госу­дарства и народа, совершили гнусные изменнические действия.
Война есть войпа. Наши войска, оказывая упорное сопротив­ление противнику и нанося ему огромные потери, вынуждены были отступать. В лапы фашистов попали многие советские вои­ны и мирные жители. Подавляющее большинство их, находясь в неволе в нечеловеческих условиях, оставались верными своей От­чизне, своему народу.
Но были и такие, которые хотели ценой предательства сохранить свое благополучие и добровольно предлагали врагу свои услуги для борьбы против собственного народа, против завоева­ний Великой Октябрьской социалистической революции. Правда, их было немного, но они явились находкой для нацистов, так как служили им со всем предательским рвением.
Советский народ выстоял в смертельной схватке с лютым врагом. Красная Армия сокрушила гитлеровский вермахт. Изменни­ки Родины за свои злодеяния понесли суровую кару.
 
Бывший генерал-лейтенант Красной Армии Власов, 1901 года рождения, командующий 2-й ударной армией, оказавшись в окружении войск противника, 11 июля 1942 года вместе со своим по­варом Марией Вороновой пришел в деревню Туховежи, Оредежского района, Ленинградской области, и добровольно сдался гит­леровцам в плен. Он был доставлен в штаб 18-й немецкой армии и в беседе с командующим армией генерал-полковником Линденманном рассказал ему все, что знал о внутреннем и военном по­ложении нашей страны, об операциях по обороне Киева и Мо­сквы, о положении на Волховском фронте.
Затем его отправили в особый лагерь военнопленных в Виннице, где в то время находилось командование германских сухо­путных войск. Этот лагерь принадлежал разведке вермахта, и в нем содержались только те военнопленные, которые представля­ли определенный интерес для немцев.
В первые же дни пребывания в этом лагере с Власовым проводили беседы представители разведки и пропаганды немецкой армии, которым он заявил, что согласен принять участие в борь­бе против Советского Союза и его армии на стороне немцев. Вла­сов при этом подчеркнул, что «для русских, которые хотят вое­вать против Советской власти, нужно дать какое-то политическое обоснование их действий, чтобы они не казались изменниками Родины».
3 августа 1942 года Власов обратился к германским военным властям с письмом, в котором предлагалось для борьбы с Советской властью на стороне фашистской Германии приступить к со­зданию русской армии из советских военнопленных и белогвар­дейских формирований, находившихся на территории Германии, а также оккупированных ею стран. Письмо закапчивалось сло­вами: «Это мероприятие легализует выступление против России и устранит мысль о предательстве, тяготящую всех военноплен­ных, а также людей, находящихся в оккупированных областях. Мы считаем своим долгом перед фюрером, провозгласившим идею создания новой Европы, довести вышеизложенное до сведения верховного командования и тем самым внести свой вклад в дело осуществления упомянутой идеи».
7 августа 1942 года в лагерь прибыл представитель министер­ства иностранных дел Германии Хильгер, который до войны был советником германского посольства в Москве. В беседе с ним Власов так сформулировал свою изменническую идею: «Чтобы добиться победы над Советским Союзом, нужно ввести в бой про­тив Красной Армии военнопленных. Ничто не подействует на красноармейцев так сильно, как выступление русских соединений на стороне немецких войск...»
Хильгер и Власов обсуждали вопросы о создании такого ор­гана, который после победы Германии над Советским Союзом (собеседники в этом тогда не сомневались) должен быть преобразован в русское правительство. Шла также речь о территориях СССР, которые должны отойти к Германии. В частности, состоя­лась договоренность о включении в состав германского государ­ства Украины и Прибалтики.
Вскоре после этих встреч Власов подписал листовку, в которой говорилось, что война Россией проиграна и что советскому народу нужно свергнуть свое правительство. Власов вносит не­мецкому военному руководству предложение: передать под его командование все сформированные немцами из советских воен­нопленных и изменников Родины воинские части и объединить их в так называемую «русскую армию».
Власова переводят в Берлинский лагерь, в котором сосредото­чивались злейшие враги и предатели советского народа. В этом лагере, находившемся в ведении отдела пропаганды вермахта, Власов встретился со своими будущими сообщниками по измен­нической деятельности — Малышкиным, Благовещенским и Зы­ковым.
«Я им рассказал о своем намерении начать борьбу против большевиков, — показал на суде Власов, — создать русское национальное правительство и приступить к формированию добро­вольческой армии для ведения вооруженной борьбы с Советской властью. Малышкин, Благовещенский и Зыков поддержали меня, причем Зыков заявил, что он уже ведет антисоветскую работу, сотрудничая в издаваемой немцами для советских военнопленных газете «Заря».
Другие помощники Власова — Жиленков, Закутный, Трухин и Меандров, так же как и он, с первых дней пребывания в пле­ну, каждый в отдельности вносили в различные немецкие ин­станции предложения об организации борьбы против Советского Союза, стремясь тем самым заслужить доверие фашистов.
Трухин и Благовещенский вступили в созданную гитлеровцами при лагере «русскую трудовую национальную партию» (РТНП), вошли в руководящий комитет и активно участвовали в его работе. Цель создания этой «партии» заключалась в том, чтобы привлечь военнопленных к политической деятельности в пользу фашистов. Имелось также в виду, что создание такой ор­ганизации будет содействовать выявлению коммунистов и других антифашистов, содержавшихся в лагере,
Трухин на суде показал:
«Несмотря на большую агитационную работу и опубликование программы РТНП, желающих вступить в эту «партию» ока­залось очень мало... Тогда мы прибегли к хитрости: стали гово­рить, что только членам этой партии дадут работу вне лагеря. Поскольку условия в лагере были очень тяжелыми, многие стали вступать в РТНП».
Трухин разработал специальное положение о военном отделе этой «партии», в котором подчеркивалась мысль о необходимости вести борьбу с Советской властью путем засылки в тыл Красной Армии специальных групп для проведения разложенческой ра­боты, диверсий на коммуникациях и т. п.
Гитлеровцы оценили усердие предателя. В апреле 1942 года Трухин назначается на должность коменданта Цитенхорстского лагеря военнопленных.
Предложил свои услуги фашистам и Благовещенский. Еще до вступления в РТНП он в сентябре 1941 года послал командованию фашистской армии письмо с предложением сформировать из военнопленных воинские части для борьбы против Красной Армии.
Находясь в Хаммельбургском лагере, Благовещенский занимался выявлением среди военнопленных коммунистов, политра­ботников, евреев, а также лиц, враждебно относившихся к гитле­ровцам. В своих показаниях он пояснил, что согласно отчету, составленному в феврале 1942 года, члены РТНП выявили более 2000 таких лиц. Они были выданы немцам и уничтожены.
 
Вскоре после перевода в Берлинский лагерь Власов узнает, что отдел пропаганды вермахта поддержал его предложение о со­здании политического центра и «русской освободительной армии». Был образован «русский комитет», в который вошли Власов (председатель), Малышкин (секретарь), Жиленков и Зыков. То­гда же к Власову был прикреплен постоянный представитель вер­махта Штрик-Штрикфельдт.
Деятельность «русского комитета» началась с выпуска обращения (от 27 декабря 1942 года), адресованного бойцам и командирам Красной Армии и всему русскому народу. Оно было
размножено тиражом в несколько миллионов экземпляров и распространялось среди советских военнопленных и граждан на временно оккупированной территории Советского Союза, а также разбрасывалось в виде листовок на всех фронтах.
В обращении говорилось, что «комитет» ставит задачу сверг­нуть Советское правительство, уничтожить большевиков, создать новое русское правительство и заключить мир с Германией. Ины­ми словами, речь шла о ликвидации завоеваний Октября, об ис­треблении миллионов советских людей и установлении фашизма в нашей стране. Наряду с этим в указанном обращении говори­лось и о том, что в союзе с Германией действует так называемая «русская освободительная армия» (РОА), и содержался призыв к бойцам и командирам Красной Армии, ко всем советским лю­дям переходить на сторону РОА.
Характерна такая деталь: «комитет» находился в Берлине, а в обращении и листовках говорилось, что место его пребыва­ния — город Смоленск. Это было сделано для того, чтобы создать видимость, будто «комитет» образован русскими на своей территории, а не фашистами в их столице Берлине. Прочитав обраще­ние, изменник Мальцев пожелал присоединиться к действию «ко­митета». Он считал, что под руководством Власова сможет быстро выслужиться перед гитлеровцами и после их победы над СССР получить для себя лакомый кусок. Он тотчас же обратился к не­мецким властям с просьбой направить его в распоряжение Вла­сова.
После обращения «русского комитета» «добровольческие» части, сформированные немцами в основном из военнослужащих Красной Армии, попавших в плен, стали называться частями РОА. Была установлена специальная военная форма одежды, и всем состоявшим в этих частях, в том числе Власову и его пособникам, были выданы служебные удостоверения.
С тех пор вокруг Власова, Малышкина и Жиленкова стали сосредоточиваться злейшие враги советского народа. Так, вскоре в распоряжение Власова прибыли Трухин и Благовещенский, которые первое время вместе с Малышкиным занимались чте­нием лекций в лагерях военнопленных, а затем на специальных курсах, созданных немцами в начале 1943 года для подготовки пропагандистов.
Курсы размещались под Берлином, в Дабендорфе, и комплектовались из бывших военнопленных, завербованных власовцами для службы в РОА, а также из советских граждан, служивших у немцев на временно оккупированной ими территории. Курсы состояли из трех рот: офицерская, унтер-офицерская и солдат­ская — по 100 человек каждая. Окончившие курсы принимали присягу на верность Гитлеру. Распределением выпускников за­нимались немцы, направляя их в лагеря военнопленных, в «добро­вольческие» части и в оккупированные районы СССР для ведения пропагандистской работы.
Остальные изменники — Меандров, Мальцев, Бупяченко, Закутный, Зверев, Корбуков и Шатов — стали работать вместе с Власовым позже.
 
 
В июле 1943 года немцы предложили Меандрову послать один из подготовленных им диверсионных отрядов для испытания в борьбе с партизанами. От­ряд, сформированный из са­мых благонадежных, по мне­нию Меандрова, людей, под командованием офицера СС Фюрста и при участии само­го Меандрова был направлен в город Остров Ленинград­ской области. В день при­бытия отряда к месту назна­чения из него перебежали к партизанам сразу 15 чело­век. Остатки отряда гитле­ровцы поспешили отправить в лагерь военнопленных.
Потерпев неудачу с «иде­ей» создания диверсионных отрядов, Меандров написал заявление Власову с прось­бой принять его к себе на службу. Просьба была удов­летворена, и в январе 1944 го­да он обосновался на новом месте — у власовцев.
Мальцева перевели к Вла­сову только в конце 1944 года, когда приказом Геринга он был назначен командующим авиачастями РОА. Вскоре по представлению Власова Мальцеву было присвоено звание генерал-майора.
В конце 1944 года Зверев и перешедший в РОА Буняченко были назначены командирами соединений РОА.
Корбуков еще летом 1943 года окончил власовские курсы пропагандистов, а затем занимал должности командира роты пропа­гандистов, инспектора и, наконец, начальника отдела связи РОА.
Шатов был переведен на службу к Власову в июне 1944 года и впоследствии занимал должность инспектора артиллерии РОА.
Осенью 1944 года перешел на службу к Власову и Закутный.
Надо сказать, что никаких практических шагов к действитель­ному созданию армии под командованием Власова гитлеровцы до середины 1944 года не предпринимали. Все воинские части, но­сившие форму РОА, находились под командованием нацистов. Власовцы же вели лишь пропаганду в этих частях, а также вер­бовку для службы в них людей.
Руководители немецко-фашистского государства, и прежде все­го Гитлер, рассчитывали одержать победу над Советской Армией своими силами и не хотели создавать у себя большую русскую армию под командованием Власова. Вернее сказать, они не до­веряли советским людям, полагая, и не без основания, что зна­чительная часть из них, давшая при определенных обстоятельствах согласие служить в РОА, при первой же возможности на­рушит свои обещания.
Вот что показал Кентель на допросе по делу Власова:
«Первоначально серьезное внимание Власову уделил весной 1943 года главный штаб сухопутных войск, который предложил сформировать и вооружить русские части под командованием Вла­сова. Секретарь имперской канцелярии министр Ламмерс специ­альным письмом обратил внимание фюрера на эту попытку; тот решительным образом запретил все мероприятия по формирова­нию вооруженных русских частей и отдал мне приказание про­следить за выполнением его директивы. После этого Власов мной был взят на некоторое время под домашний арест и содержался в районе Берлина. Гиммлер также был против создания русской армии под эгидой главного штаба германской сухопутной армии. В дальнейшем он изменил свое отношение к этому вопросу. Гим­млеру удалось получить разрешение фюрера на создание русской армии, но Гитлер и тогда решительно отказался принять Власова. Покровительство Власову оказывали только Гиммлер и СС».
Власов же и его ближайшие пособники, не зная действитель­ного отношения к ним Гитлера и его приближенных, в течение полутора лет предпринимали отчаянные попытки добиться от фа­шистских руководителей фактического осуществления планов по созданию РОА под своим командованием, вносили генштабу гер­манской армии и германскому правительству одно предложение за другим, стремясь добиться встречи с руководящими деятелями, но тщетно. В конце 1943 года Власов, Малышкин и Трухин через гросс-адмирала Деница передали специальное послание на имя Гитлера, но и оно осталось без ответа.
В этой связи представляют интерес показания Зверева, кото­рый вскоре после пленения немцами изъявил желание служить у Власова в РОА и был направлен в Дабендорф, где находились курсы пропагандистов.
«Первым со мной беседовал Трухин, — рассказывал Зверев. — На мой вопрос, что собой представляет РОА, Трухин ответил, что об этой армии пока много говорят и пишут, а на самом деле она еще не создана, и все, что мы видим в Дабендорфе, это и есть РОА. Но они не теряют надежды и в скором времени создадут большую армию...»
В первой беседе с Власовым у него на квартире, в начале июля 1943 года, он сказал Звереву, что частей РОА много, однако все они пока находятся в распоряжении немцев. Во время второй встречи, в феврале 1944 года, Власов сказал Звереву: «Немцы по-прежнему не дают конкретного ответа по основным вопросам создания русской армии, а говорят о мелочах, и я до сих пор не могу добиться встречи с руководителями германского правительства».
Летом 1944 года Власов прибегает даже к такому средству, как знакомство с вдовой офицера СС, погибшего на фронте, Аделью Биленберг, брат которой был приближенным Гиммлера. Позд­нее Власов женился на ней.
«Этим путем, — рассказывал он на суде, — я рассчитывал вой­ти в эсэсовские круги, подчеркнуть прочность связей с немцами и не исключал возможности получить через брата Биленберг до­ступ к Гиммлеру. Мне не стоило большого труда уговорить Би­ленберг стать моей женой. В разговорах с ней я настойчиво про­водил одну и ту же мысль, что если нам будет предоставлена большая свобода действий, то я организую из военнопленных бое­способную армию, которая окажет немцам в войне против Совет­ского Союза помощь».
В сентябре 1944 года Гиммлер принял Власова и обсудил с ним вопросы, связанные с организацией политического центра, объединяющего все изменнические группы. Разговор шел о власовской армии, об ее использовании для вооруженной борьбы про­тив Советского Союза.
Почему же Гиммлер в конце концов принял Власова? Дело в том, что к середине 1944 года положение немецко-фашистских войск на фронте резко ухудшилось. Вот тогда-то гитлеровское ру­ководство и стало проявлять интерес к власовцам как реальной, хотя и ненадежной, военной силе, которую можно использовать на фронтах войны.
Первая встреча Власова с Гиммлером была назначена на 20 июля 1944 года. Но она не состоялась из-за покушения на Гитлера. Власов был принят рейхсфюрером СС примерно через месяц. Гиммлер заявил, что отдел пропаганды германских воору­женных сил не смог организовать русских военнопленных для борьбы против большевиков и теперь руководство этим делом он берет на себя. Непосредственное осуществление работы по созда­нию русской армии Гиммлер возложил на своего заместителя Бергера, а своим представителем при Власове назначил Крегера.
В ходе беседы была достигнута договоренность об объединении всех существующих в Германии и на оккупированной ею территории Европы белогвардейских, националистических и дру­гих антисоветских организаций и создании единого политическо­го центра для руководства всеми этими организациями, а также о формировании армии. Гиммлер одобрил предложение Власова о создании в качестве политического центра «комитета освобож­дения народов России» (КОНР) и дал указание разработать «ма­нифест» этого «комитета», представив ему проект на согласо­вание.
В составлении проекта «манифеста» приняли участие Власов, Малышкин, Жиленков, Трухин и работавший до этого в ведомстве Геббельса Закутный. Гиммлер внес в проект «манифеста» некоторые поправки и утвердил его, предложив официально при­нять этот документ на первом организационном заседании КОНР.
Списки членов КОНР, подготовленные заранее, были просмотрены руководителем русского отдела гестапо, который предложил исключить некоторых кандидатов. Наряду с власовцами в состав «комитета» вошли представители: от белоэмиграции — Лямпе и Руднев, от «общерусского воинского союза» — генералы белой армии Балабин и Абрамов, руководитель «общерусского во­инского союза» на Балканах Крейтер, руководитель «националь­ного союза участников войны» Туркул, руководитель парижской белоэмиграции Жеребков и другие. Словом, в КОНР был объединен весь сброд, подвизавшийся у фашистов. Вот что по этому поводу показал Власов на судебном заседании:
«До 1944 года немцы все делали только сами, а нас исполь­зовали лишь как выгодную для них вывеску. Моим именем де­лалось все, и лишь с конца 1944 года я до известной степени чув­ствовал себя в той роли, которая мне приписана. С этого времени я успел сформировать все охвостье, всех подонков, свел их в «ко­митет».
Организационное собрание КОНР было проведено в Праге 14 ноября 1944 года. На нем выступили с приветствиями импер­ский министр Германии Франк, заместитель Риббентропа Лоренц и глава словацкого марионеточного правительства Тиссо. В тот же день на первом организационном заседании «комитет» избрал председателем Власова, секретарем Малышкина и членами президиума Власова, Малышкина, Жиленкова, Трухина, Руднева и Балабина, а также принял «манифест». В составе «комитета» были созданы управления: военное — руководитель Трухин, пропаганды — руководитель Жиленков, гражданское — руководитель Закутный и другие.
Вскоре состоялась вторая встреча Власова с Гиммлером.
«Беседуя с Гиммлером в этот раз, — показал Власов на су­де, — я заметил, что в связи с тяжелым положением на фронте Гиммлер нервничал, искал выхода из создавшегося положения. Вероятно, поэтому он обращался со мной так, как будто бы я, Власов, мог своими действиями против Красной Армии облегчить положение на фронте. Больше того, после этой встречи меня захотели видеть Геринг, Риббентроп и Геббельс...»
При встречах с Герингом, Риббентропом и Геббельсом Власов решал практические вопросы организации КОНР и создания РОА. В результате Геринг передал в распоряжение Власова всех советских военнопленных, использовавшихся на работах в герман­ских ВВС. Риббентроп обсудил с Власовым основные вопросы соглашения между КОНР и германским правительством. Геб­бельс, которого Власов посетил вместе с Жиленковым, интересо­вался, почему немецкая пропаганда не имеет успеха среди рус­ских, и обещал оказать власовцам практическую помощь в сред­ствах пропаганды.
После создания КОНР Гиммлер поручил Власову формирова­ние частей РОА, предоставив для этого в его распоряжение во­енные лагеря в Мюзингене и Хойберге. Вскоре последовал при­каз Гитлера о назначении Власова командующим войсками РОА.
Власовцы стали заниматься подготовкой кадров разведчиков для совершения диверсионных и террористических актов в тылу Советского Союза.
По этому поводу Власов показал на суде:
«Разведывательной работой мои организации стали заниматься с 1945 года. Имелись у нас школы, в которых готовились раз­ведчики. Назначение их состояло в том, чтобы в тылу Красной Армии и вообще на советской территории создавать повстанче­ские организации и бороться с Советской властью... В начале 1945 года мы приняли от немцев школу разведки и стали сами заниматься подготовкой агентов. Я лично был настроен готовить руководителей восстаний в советском тылу, а не диверсантов. Для всей этой работы в штабе армии был создан контрразведывательный отдел во главе с неким Грачевым».
18 января 1945 года было заключено соглашение между КОНР и правительством Германии о получении кредита для содержа­ния «комитета» и РОД. Соглашение подписали Власов и первый заместитель министра иностранных дел Германии Стениграхт. Приведем выдержку из этого документа:
«Комитет освобождения народов России» обязуется возместить предоставленный ему кредит из русских ценностей и акти­вов, как только он будет в состоянии располагать таковыми...»
 
 
Продолжение
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz