Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Страница 5 | Регистрация | Вход
 
Понедельник, 25.09.2017, 07:26
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Страница 5
 
Продолжение книги "ВИТЕБСКОЕ ПОДПОЛЬЕ"
Авторы Н.И.Пахомов, Н.И.Дорофеенко, Н.В.Дорофеенко.
 
Представители ЦК КП(б)Б, Северо-Западной группы, Витебского обкома КП(6)Б и обкома комсомола постоянно находились в тылу противника, проводя большую организаторскую и массово-политическую работу как среди партизан, так и среди населения оккупированных гитлеровцами районов.
Всё время были среди партизан, возглавляли их борьбу секретари Витебского обкома партии Иван Борисович Поздняков, Яким Александрович Жилянин, Михаил Игнатович Плисс, первый секретарь Витебского обкома ЛКСМБ Василий Иванович Лузгин. Неутомимо работали в тылу против­ника инструкторы, ответорганизаторы и другие посланцы обкома комсомола: Александра Шкуринова, Ася Жавнерко, Вадим Позняк, Валентина Радкевич, Вадим Розин, Филат Башкинцев, Валентина Марковская, Лена Чаплинская, Лена Козюля, Валя Карпушенко, Катя Шишко. Катя Шстакова, Нина Павловская, Татьяна Барсток и многие другие совет­ские патриоты.
Работники ЦК КП(б)В, Совета Министров БССР и ЦК ЛКСМБ Витебского подпольного обкома партии и подпольного обкома комсомола исколесили сотни километров по занятой гитлеровцами территории области. Пренебрегая опасностью, подстерегавшей на каждом шагу, они личным примером воодушевляли население на борьбу с врагом. Общаясь постоянно с руководящими партийными, советскими, комсомольскими работниками, партизанами, подпольщиками, советские люди, временно подпавшие под фашистское иго, ощущали свою неразрывную связь с Большой землёй, с Коммунистической партией, Советским правительством, черпали веру в победу.
 
 
Наряду с обкомом КП(б)Б большую организационно-массовую работу в тылу противника проводил Витебский облисполком (председатель И.Н.Рябцев). Находясь в приФронтовой полосе, облисполком был непосредственным орга­низатором органов Советской власти в освобожденных партизанами районах области. Уже в июне 1942 года предсе­датель облисполкома И. Н. Рябцев докладывал Совету Министров БССР о том, что возобновилась работа местных органов власти в восьми сельсоветах и поселковом Совете Суражского района, а также и Николаевском сельсовете Витебского района, в шести сельсоветах Меховского района. Подобраны председатели Советов. Установлена связь облис­полкома со «всеми районами области». И это под носом у оккупантов!
Вот что рассказывал летом 1942 года группе белорусских писателей, прибывших в тыл врага, о жизни в Суражском партизанском крае партизан Сенечка: «Наш район объявлен гитлеровцами вне закона как полностью партизанский. И нужно сказать, что мы себя совсем неплохо чувствуем в партизанском крае. У нас полностью восстановлены органы Советской власти. В одном из поселков на лучшем здании можно прочесть вывески: «Районный комитет КП(б) Белорусии», «Райисполком», «Райком ЛКСМ Белоруссии». Во главе райисполкома - наш партизан из отряда Р. (имеется в виду отряд Д. Ф. Райцева. - Авт.), секретарь райкома комсомола, также партизан. В поселке открыты больница, аптека, столовая, имеются даже библиотека, хоровой и драматический кружки. Все это организовывали партизаны. Немцы берут налог за право обратиться к врачу, а наша партизанская больница лечит жителей и даже бесплатно выдает им лекарства. Население занятых врагом деревень приходит за помощью в нашу больницу. В партизанском крае полностью засеяна земля, идет подготовка к уборке урожая. Председателям колхозов мы рассказали, как надо прятать хлеб от оккупантов, как организовать защиту урожая. В поселке начали работать небольшой кожевенный завод, кус­тарная артель, хлебозавод. Райисполком оказывает большую помощь семьям красноармейцев, партизан и населению, по­страдавшему от немецких грабителей».
В этом рассказе речь идет о поселке Пудоть — центре Суражского партизанского края, с которым связаны подвиги и бессмертие легендарного батьки Миная. Таков был размах партизанского движения в Витебской области уже в начале 1942 года.
В апреле—мае 1942 года была установлена прямая телефонная связь между 1-й Белорусской партизанской бригадой, обкомом КП(б)Б, облисполкомом и воинскими час­тями, а также между соседними партизанскими бригада­ми и внутри бригад между отрядами. Эта связь действо­вала бесперебойно до 26 сентября 1942 года, т. е. до закры­тия «Витебских ворот», а между отрядами — до марта 1943 года.
Широкое развитие партизанского движения вокруг Витеб­ска содействовало активизации партийного и комсомольского подполья в городе. В феврале 1942 года под Витебском появились армейские разведывательные группы, снабжённые радиостанциями. В свою очередь городские подпольные группы настойчиво искали надёжные связи, куда бы можно было с пользой для дела передавать богатейшую информацию, откуда можно было бы получать советы, указания, рекомендации, взрывчатку для диверсий, политическую литературу.
Руководитель подпольной группы Кириллов 14 мая 1942 года сообщил Центральному Комитету КП(б)Б о том что, в Витебске существует организационно оформленная большая группа коммунистов, которая стремится установить связи с ЦК. Речь шла о подпольной группе 3. С. Балашова - П. М. Зайцева, которой ими было дано задание соби­рать разведывательные данные о противнике. П. М. Зайцев («Пленный», «Бывалый») возглавил затем одну из наиболее активных диверсионных групп, которая осуществила де­сятки успешных диверсий на железных дорогах под Ви­тебском.
Многие подпольные группы города налаживают связи одновременно по нескольким направлениям, что до некото­рой степени ослабляло конспирацию, но расширяло поле деятельности патриотов. 23 апреля 1942 года ответорганизатор обкома КП(б)Б по Оршанскому кусту Г. Д. Резников, информируя секретаря обкома партии о деятельности отряда Д. Ф. Райцева, писал, что «установлена почти ежедневная снизь с Витебском. Выводят оттуда людей, есть возможность организовать партизанский отряд из витеблян».
Установив надежные связи с партизанскими отрядами, а через них с партийными и комсомольскими органами, с частями Советской Армии, витебские подпольщики усили­вают удары по врагу, нанося ему серьезный урон. Весной 1942 года В. Р. Романов в донесении ЦК КП(б)Б писал: «Находясь в одной из партизанских групп отряда т. Рай­цева в 8—9 километрах от Витебска, в д. Букатино, я в ночь с 15 на 16 апреля с. г. наблюдал, как наша авиация бомбар­дировала немецкий гарнизон, расположенный в гор. Витеб­ске. Между 10 и 11 часами вечера мы с комиссаром отряда тов. Миконенко услышали шум авиационных моторов. При­слушавшись, установили, что самолеты летят на Витебск. Через несколько минут над городом появилось множество ракет. После этого мы услышали сильные взрывы сброшенных с самолетов бомб... Бомбардировка продолжалась свыше 3 часов... Над городом появилось большое зарево огня, два раза мы слышали сильные и продолжительные взрывы. Утром из Витебска пришел разведчик из отряда тов. Райцева и сообщил, что летчики уничтожили два немецких склада с боеприпасами, бензосклад и разбили несколько до­мов, где были расположены немецкие солдаты и офицеры. Характерно отметить, что все население д. Букатино при налете наших самолетов на Витебск вышло на улицу и, видя работу наших летчиков, рукоплескало... Слышались возгласы: «Браво нашим летчикам!», «Вот это да! Вот это молодцы!»
Объекты для бомбардировки указывали советским лётчикам с помощью ракет подпольщики Витебска. Примечательно, что оперативная связь между витебским подпольем и партизанскими отрядами была к этому времени настолько четкой, что уже утром партизаны имели исчерпывающую информацию о результатах ночного налета.
Деятельность партийных, советских и комсомольских органов области по развертыванию массового партизанского движения вскоре дала замечательные результаты. К лету 1942 года партизанское движение и подпольная деятельность в области достигли огромных размеров. На ее территории уже действовало 17 партизанских бригад. До 16 тысяч патри­отов находились в скрытых партизанских резервах и были готовы в любую минуту встать под ружье. Чтобы оператив­но руководить этим движением, еще больше укрепить связи, установившиеся между подпольщиками города и партизан­скими бригадами и отрядами, по решению Витебского обко­ма КП(б)Б в мае 1942 года был введен институт ответорганизаторов обкома партии. Каждый отвегорганизатор осуществлял партийное руководство партизанским движением и подпольной борьбой на территории определенной группы районов. Область была разделена на четыре куста: Витеб­ский, Оршанский. Полоцкий и Лепельский.
Витебский куст включал город Витебск, Витебский, Суражский. Городокский, Меховский и Лиозненский районы. Ответорганизатором здесь являлся Василий Романович Кудинов. Для налаживания комсомольской работы в тылу про­тивника были утверждены ответорганизаторы по линии об­кома комсомола. По Витебскому кусту им стала Александра Николаевна Шкуринова.
Повсеместно создавались подпольные райкомы партии и комсомола. На 1 октября 1942 года в области уже действо­вало 16 райкомов КП(б)Б. К концу 1942 года было создано 18 подпольных райкомов комсомола.
Отсутствие партийного центра в Витебске в тот период в значительной мере компенсировалось работой армейских и оперчекистских групп. Они внесли оживление в подпольную работу, активизировали деятельность ранее созданных групп патриотов, сознали много новых как в городе, так и в его окрестностях.
8 февраля 1942 года в район Витебска прибыла армей­ская разведгруппа Михаила Родионовича Ефимова от штаба Калининского фронта. Через месяц в шестнадцати километрах от Витебска высадилась группа Павла Васильевича Буткевича, а в апреле 1942 года в Чановской даче близ Витеб­ска обосновалась группа «Егора» - Юрия Сергеевича Рудакова. Сюда же вскоре прибыла группа Адама Оттовича Берзина. 29 июля для сбора разведданных о немецких гар­низонах Витебска и Городка прибыла спецгруппа Николая Соловьева, которую вскоре возглавил П. А. Крылатых. Для работы в самом городе 29 и 31 марта 1942 года были выброшены сразу две группы: М. М. Стаховича и В. А. Медведе­ва. Весной 1942 года под Витебском снова появилась раз­ведгруппа М. И. Ковалева, заброшенная сюда еще осенью 1941 года. Примерно в это же время активно стали работать на Витебск оперчекистские группы: А. П. Максименко («Неуловимые»), Ф. И. Новикова («Невского»), П. М. Зайцева и другие.
Успеху в работе этих групп способствовало то, что они, как правило, располагались в районах действия партизан­ских отрядов и бригад, получали от них проводников, адреса, явки. Это ускоряло и облегчало установление связей с под­польщиками.
Витебское подполье служило надежной опорой для мно­гих спецгрупп. Их взаимные контакты и сотрудничество при­носили хорошие результаты. Подпольщики помогали армей­ским группам легализовать в городе их людей, собирали раз­ведданные о противнике. Подпольные организации получали от разведчиков ценные советы и практическую помощь, учи­лись у них конспирации, перенимали методы и формы веде­ния разведки.
Особенно тесные связи с разведчиками поддерживала группа медицинских работников города, которую возглавля­ла К. С. Околович. У них была настоящая база армейских разведчиков. В конце 1941 года на территорию Лиозненского района был заброшен советский разведчик В. И. Чирков. В марте 1942 года под видом бежавшего военнопленного он проник в Витебск. Многие горожане ему сочувствовали, предлагали свои услуги. Вскоре он познакомился с К.С.Околович. От нее получил документы на имя Володи Белицкого, оформил городскую прописку.
Опираясь на группу медицинских работников, Чирков успешно вёл разведку в городе до конца 1942 года. К. С. Околович связала его со многими патриотами, от которых он по­лучал информацию о всех важнейших объектах врага в различных районах города. Для разведчика было подобрано д0 десяти конспиративных квартир. В одних он жил и укрывался во время облав. Это квартиры сестер Леоновых, врача Т. М. Широченко и сестер Вишневских на Марковщине, Н. В. Любченко — по Городокскому шоссе. Другие — были местом сосредоточения поступавшей информации, в част­ности квартира дяди Миши по улице Гоголя. Третьи — использовались для встреч с подпольщиками, в этом отно­шении наиболее удобной была квартира А. С. Стояковой по улице 7-я Куйбышева, 12.
Улица была тихая, что обеспечивало скрытность подхо­дов к дому 68-летней патриотки А. С, Стояковой. С первых дней оккупации города она активно включилась в подполь­ную работу. Мать троих коммунистов, сражавшихся на фронте, хотела быть достойной своих детей. Накануне вступления оккупантов в город Анна Степановна организовала пионеров и комсомольцев своей улицы на сбор бутылок. У сына-шофера взяла весь запас бензина и с помощью ребят приготовила огромное количество бутылок с горючей смесью для борьбы с танками противника.
Когда в город пришли гитлеровцы, она укрывала у себя коммунистов, в том числе секретаря Желелнодорожного райкома партии И. Г. Григорьева, являлась связной. В своем доме Анна Степановна хранила большую библиотеку поли­тической литературы, за что подверглась аресту и избиению летом 1942 года. Ее дом вплоть до января 1943 года был мес­том встреч подпольщиков.
С лета 1942 года, когда в город стала регулярно посту­пать диверсионная техники, Анна Степановна в своей хозяй­ственной сумке под овощами и продуктами неутомимо раз­носила мины, взрывчатку по многим адресам.
21 января 1943 года А. С. Стоякова вторично попала в лапы фашистов. Ее содержали как особо опасную преступни­цу. После каждого допроса, длившегося по 5—6 часов, вплоть до 4 февраля 1943 года, следователь 2-го отдела службы порядка Н. Петров требовал от начальника тюрьмы: «Бондареву и Стоякову отдельно по камерам и отдельно от находящихся в тюрьме Греньковой А. (камера 2) и Каминской (камера 4)». 4 февраля 1943 года славная советская патриотка А.С.Стоякова была расстреляна. она погибла, не склонив головы перед врагом, не выдав никого из товарищей по подполью. за высокое мужество в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками а.С.Стоякова посмертно награждена орденом Отечественной войны IIстепени.
В.И.Чирков связал медработников с армейской разведгруппой М.Р.Ефимова, а вскоре в город пришла радистка этой группы М.М.Кирюхина (ныне Калугина). К.С.Околович оформила ей паспорт на имя жительницы Витебска Виктории Степановны Троховой («Маринка», «Витя»). более двух лет она успешно выполняла в городе задания командования.
7 и 20 мая 1942 года К.С. Околович вывела из города две группы людей, в которых насчитывалось до 30 человек. Среди них были коммунисты И. Р. Григорьев, II. К. Оскер, З. И. Козырева, П. Сафронов, А. Д. Торопин, Киршин. Мно­гие имели медицинские справки, выданные Околович. Вот образец одной из них: «Гражданин Оскер И. К. находился на излечении во 2-й городской больнице г. Витебска с 2.IV по 1.V.42 г. от воспаления легких. Возвращается к себе до­мой в д. Королева Витебского округа».
После выхода из оккупированного Витебска И. Г. Гри­горьев докладывал обкому партии: «5 мая 1942 года ко мне на квартиру зашли Торопин и Киршин и сообщили о том, что группа коммунистов и члены их семей собираются ухо­дить в советский тыл по направлению Ьарвина перевоза, и они просили меня зайти на квартиру, где жил Торопин. 6 мая пришёл к Торопину, который провел на квартиру к некоему Сафронову, а Сафронов — к Оскеру. Здесь я узнал, что способствует выходу из города врач Околович, которая была связана с Оскер. 7 мая уйти из города я не мог, так как истекал срок паспорта. К тому же нужно было кое-что уточнить о расположении немецких войск в городе и поселках. Я отложил уход до 20 мая. Проведя первую группу Околович явилась ко мне на квартиру и сообщила, что всё в порядке - люди благополучно ушли из города. Она ознакомила меня с приказом И. В. Сталина № 130. 20 мая при содействии Околович я с группой в 17 человек ушел из Витебска».
 
ПОХИЩЕНИЕ ПОЛКОВНИКА
 
В один из апрельских дней 1942 года из оккупированного немецко-фашистскими захватчиками Витебска была выведена к партизанам группа советских военнопленных во главе с полковником П. Н. Тищенко. Эту операцию подготовили и провели подпольные группы медицинских работников К.С.Околович и М.Л.Мурашко – Р.Ф.Махнова.
Павел Никанорович Тищенко — кадровый офицер Со­ветской Армии, участник гражданской войны, освободительного похода в Западную Украину, боёв с белофиннами. Ког­да началась Великая Отечественная воина, он был началь­ником штаба 29-го стрелкового корпуса. В составе 22-й армии корпус вел тяжелые оборонительные бои. В конце августа 1941 года полковник Тищенко был тяжело ранен под Невелем, захвачен гитлеровцами и доставлен в велижскую больницу. В Велиже он пролежал до марта 1942 года. Связался там с местными патриотами и получал от них регулярную информацию о положении на фронтах.
Гитлеровцы все время не спускали глаз с полковника. Им не терпелось получить от него интересующие фашист­ское командование данные. Однажды в больницу пришли два гитлеровца и прямо в палате начали допрос.
— Какие боевые задачи выполнял корпус? — спросил один из них.
- Как офицер Красной Армии, отвечать на такие вопросы не могу, — отрезал Тищенко.
- Какую роль выполняют политотделы и комиссары в Красной Армии? - не отступали гитлеровцы.
Вместо ответа на интересовавшие фашистов вопросы со­ветский полковник говорил о неизбежности поражения фашистской Германии, о лживости геббельсовской пропаганды и подтвердил это конкретными примерами из сообщений Со­ветского информбюро. Ошарашенные стойкостью командира Советской Армии, гитлеровцы ушли не солоно хлебавши.
...Под Велижем шли ожесточенные бои. Немецкий гарни­зон города подвергался беспрерывному обстрелу советской артиллерии, находился в осадном положении. 12 марта 1941 года ночью гитлеровцы эвакуировали Тищенко вместе с группой раненых из Велижа в Витебск. В сопроводительных документах указывалось общее количество прибывших военнопленных, персонально же были выделены фамилии только Тнщенко и еще одного советского офицера.
Раненых долго возили по городу в поисках свободных мест. Наконец П. И. Тищенко и еще несколько человек опре­делили в 1-ю городскую больницу по улице Лабазной (ныне улица имени Чайковского). В первые дни Павел Никанорович внимательно присматривался к медицинскому и обслу­живающему персоналу, изучал больничный режим и обста­новку. Здесь лечились гражданские лица и военнопленные. Юридической ответственности за охрану больных медперсо­нал не нес, и это обстоятельство оказалось очень важным. Полковник не терял надежды рано или поздно вырваться на свободу. Он решил открыто поговорить об этом с главным врачом больницы Нестором Ивановичем Чертковым. Черт­ков заверил его, что, независимо от состояния здоровья, бу­дет держать раненых до тех пор, пока не появится возмож­ность выйти из города. Он позаботится о том, чтобы граж­данские больные и раненые не знали, что рядом с ними ле­жат бойцы и командиры Советской Армии.
В дневнике П. Н. Тищенко, который он вел почти с первого дня пленения, появилась ободряющая запись: «Попал вновь в свою русскую среду...» Однако и здесь, в Витебске, гитлеровцы не оставили его в покое. 19 марта в палату зашел немецкий офицер и воскликнул:
- Наконец-то я нашел вас, господин полковник!
Он справился о ого здоровье и сказал:
- Господин полковник, нам надо с вами поговорить.
- Я к вашим услугам, - гордо ответил Павел Никанорович.
- Завтра утром я приеду за вами, будьте готовы, - заявил офицер и быстро удалился.
Павел Никанорович привёл себя в порядок, побрился и стал ждать.
На допросе П.Н.Тищенко вёл себя так же мужественно и достойно, как и в Велиже. Гитлеровцы решили дождаться полного выздоровления полковника и возвратили его в больницу.
Советские патриоты окружили его заботой и вниманием. «Очень хорошо,— вспоминает П. Н. Тищенко, — к нам отно­силась врач Мария Брониславовна Мурашко. С ней я откро­венно говорил о том, как уйти из больницы к партизанам или вначале хотя бы в деревню. Она познакомила меня с Михаилом Леонтьевичем Мурашко, который заведовал город­ским отделом здравоохранения. Из разговора с ним я убе­дился, что это настоящий советский патриот. Он задумал переправить нас в боровлянскую больницу, где, как он говорил, врачом был хороший советский человек и мы могли бы пробыть там сколько угодно, связаться с партизанами».
Но этот план не был осуществлен. Однажды Павлу Никаноровичу сообщили, что к нему пришли посетители. Опи­раясь на трость, он спустился на первый этаж, где его ожидали две женщины. Это очень удивило полковника — никаких знакомых у него в Витебске не было. Одна из посети­тельниц, молодая обаятельная девушка, назвалась Тамарой Бигус, другая — маленькая, подвижная худощавая женщи­на представилась Ксенией Сергеевной Околович. Вначале беседа протекала осторожно, а потом более доверительно. Тищенко узнал, что они работают в туберкулезной больнице. К. С. Околович и ее спутница пообещали устроить полковни­ку и его товарищам побег из города.
Через несколько дней Тамара Бигус принесла Павлу Никаноровичу гражданский костюм и полушубок. Под предло­гом прогулки Тамара и Тищенко переправились через Запад­ную Двину и пошли в город к фотографу, где Павел Никанорович сфотографировался, затем возвратились в больницу.
К утру в подпольном паспортном столе на квартире у М. А. Кузнецовой для полковника был изготовлен паспорт на имя Терехова. Вместе с паспортом Павел Никанорович получил справку на немецком и русском языках о том, что он после излечения в больнице направляется домой в деревню Тетерки.
Как и условились, утром 16 апреля 1942 года в больницу явился молодой парень с повязкой полицейского на рукаве. Это был партизанский разведчик и связной армейской группы М.Р.Ефимова – Вячеслав Эвальдович Трестер. День был воскресный, и кроме дежурного врача Л.Я.Посвянского в больнице никого не было. Трестер «арестовал» П.Н.Тищенко и Л.Я.Посвянского и повёл их по Городокскому шоссе на окраину города. В одном из дворов стояла подвода, специально присланная за полковником. Исчезновение дежурного врача Посвянского отводило подозрение от главврача и остального медицинского персонала больницы.
Во второй половине того же дня Тамара Бигус вывела из больницы товарищей П.Н.Тищенко – лётчика А.Г.Шатиришвили и сержанта-артиллериста А.Н.Куклина. из 2-ой городской больницы врач Т.М.Широченко и сёстры Вишневские помогли уйти М.М.Морозову, В.С.Манову, И.И.Васькину и другим раненым советским воинам, приведённым из Велижа вместе с Тищенко.
К вечеру 16 апреля все они благополучно добрались до д.Курино, где встретились с командиром партизанского отряда Д.Ф.Райцевым и командиром армейской разведгруппы М.Р.Ефимовым. через несколько дней П.Н.Тищенко и его товарищи перешли линию фронта.
Так с помощью витебских подпольщиков полковник П.Н.Тищенко и его боевые друзья избежали фашистского плена и вновь вернулись в ряды воинов Советской Армии.
Всё дальше в прошлое уходят грозные годы Великой Отечественной войны. Но время никогда не изгладит воспоминания о суровом и непокорённом Витебске 1942 года, о его патриотах. Как самую дорогую реликвию Павел Никанорович бережёт ножичек, подаренный ему перед отправкой из Витебска юным подпольщиком Митей Мурашко. С особой благодарностью вспоминает ветеран войны тех, кому он обязан своей жизнью, восхищается их подвигом.
Подпольная группа К.С.Околович была одной из наиболее многочисленных и боеспособных в городе. Члены её не только спасали советских людей, они вели и разведывательную работу. Связные регулярно доставляли в лес исписанные мелким почерком К.С.Околович листки бумаги, содержавшие самую разнообразную информацию о противнике, о положении в городе. В мае 1942 года разведгруппа Р.М.Ефимова получила задание составить план размещения немецких штабов, зенитных установок и других военных объектов врага в Витебске. Эту сложную и опасную работу поручили К.С.Околович и радистке группы М.М.Кирюхиной (Калугиной). Под видом посещения больных на дому они исколесили весь город и собрали необходимые сведения.
К. С. Околович неоднократно ездила в партизанские отря­ды для оказания неотложной медицинской помощи тяжело раненым и больным. Ее группа передала партизанам большое количество различных медикаментов.
Деятельность патриотов приводила в бешенство оккупантов. Они день и ночь рыскали по городу в поисках подпольщиков. Летом 1942 года при выполнении задания был схвачен разведчик Лютько. Последовал арест К. С. Околович, так как у Лютько обнаружили выданную ею справку. На очной ставке в СД Ксения Сергеевна подтвердила, что задержанный действительно ее довоенный больной, у которого начальная форма туберкулёза. При этом она добавила, что при соответствующих условиях эта болезнь вполне излечима. На второй день она была освобождена, группа продолжала работу. Но этот случай насторожил подпольщиков.
Карательные органы оккупантов стали усиленно засы­лать в подполье шпионов и провокаторов, наблюдать за свя­зями К. С. Околович. 25 августа 1942 года была арестова­на связная Т. И. Пилат, пришедшая к Околович от оперчекистской группы «Неуловимые». На явочную квартиру гитлеровцы явились в сопровождении Александры Гурьевой. Посланная вместе с Таней Пилат в Витебск, она смалодуш­ничала, выдала подругу и указала явочную квартиру, где была обнаружена медицинская справка, выданная К. С. Околович, и донесение о немецких военных объектах, написанное той же рукой. Предупрежденная хозяйкой квартиры Н. С. Трофимовой и медсестрой больницы Поляниной о на­висшей опасности, Ксения Сергеевна, в свою очередь, преду­предила сестер Леоновых и М. А. Кузнецову. В результате большинство членов группы, в том числе и сама К. С. Околович, благополучно ушли в партизанскую зону.
О том, что СД и полиция напали на след подпольной груп­пы, говорят письма В. 3. Хоружей, прибывшей в Витебск месяц спустя после ухода из города К.С.Околович. в одном из них она писала: «…Сообщи Юрину, что Околович усиленно разыскивала полиция и конфисковала её вещи. Может быть, ему это не известно, здесь о ней я слышу только хорошее».
Своей сплоченностью, целенаправленностью в подпольной деятельности медицинские работники города обязаны во многом M.Л. Мурашко. Вместе со своим ближайшим помощ­ником Р. Ф. Махновым, который работал до войны в ветринской районной больнице, а после оккупации Витебска был назначен М. Л. Мурашко на должность санитарного врача, они проводили большую патриотическую работу, спасли много советских людей. Пользуясь правом беспрепятствен­ного передвижения. Р. Ф. Махнов как санитарный врач регу­лярно посещал лагеря военнопленных, выявлял командиров Советской Армии, наиболее изнуренных голодом и побоями красноармейцев и под видом тифозных больных размещал их в гражданских больницах. Там они получали необходи­мую медицинскую помощь. После выздоровления направлялись в партизанские отряды.
С помощью Махнова, хорошо знавшего кадры медработ­ников, М. Л. Мурашко устроил на работу в ближайшие к городу больницы своих надежных людей. На боровлянский врачебный участок, например, был направлен вырвавшийся из окружения военврач В. М. Величенко. Он связался с пар­тизанами и отправлял в ряды народных мстителей выздо­равливающих больных. На здравпункте кирпичного завода на окраине Витебска работала врач-подпольщица А. И. Бог­данова. 1-ю горбольницу возглавил патриотически настроен­ный врач Н. И. Чертков. В 1941 г. М. Л. Мурашко взял из лагеря военнопленных и устроил работать дежурным вра­чом 1-й городской больницы Л. Я. Посвянского.
Как работник городской управы, М. Л. Мурашко, был осведомлен о намерениях оккупационных властей и, когда требовалось, принимал необходимые меры. Ранней весной 1942 года, например, поступила тревожная весть из Велижа - немцы готовили расправу над тифозными больными. Р. Ф. Махнов добивается разрешения открыть в посёлке Летцы тифозную больницу. Затем он посылает в Велиж несколько грузовых автомашин и вывозит оттуда всех больных. Когда Летцы приглянулись гитлеровцам и они разместили там свои штабы, больницу перевели в д. Якутино. Эта деревня находилась вблизи партизанской зоны. Р.Ф.Махнов просит послать его работать главврачом якутинской больницы. Опираясь на местных подпольщиков из группы П.К. Ляховского и на Летчанскую группу Михайловской и Гиро, он развертывает большую патриотическую деятельность, привлекая к ней новых людей. Ближайшими его помощниками становятся заведующая аптекой М. Д. Виниченко, которой он сразу же наказал, чтобы она аккуратно «сводила концы с концами» в расходе медикаментов, медсестра М. А. Гончаро­ва, его жена Н. П. Круглова, работники больницы А. И. Давыдова, С. И. Рамицан и другие.
Теперь из лагеря смерти на территории бывшего 5-го железнодорожного полка под видом тифозных больных в якутинскую больницу стали регулярно поступать военнопленные, а также оказавшиеся там партизаны и подпольщики. Фельдшер Григорий Соколов безошибочно умел отбирать из лагеря нужных людей. Заметит во время обхода истерзанно­го пытками узника лагеря — ставит против его фамилии: «Тиф». Гитлеровцы боялись этой болезни и немедленно санк­ционировали эвакуацию подобных «больных». Лепельская комсомолка-подпольщица Аня Парфинчук, партизанки Ни­на Подъельская, Людмила Застаринская и Надежда Овчин­никова были таким образом вывезены из лагеря и переправ­лены в партизанский отряд через якутинскую больницу.
В 1942 году гитлеровцы неоднократно предпринимали против партизан карательные экспедиции. Росло число раненых народных мстителей, которые нуждались в медицинской помощи. Увеличилась потребность в медикаментах и пе­ревязочном материале. Р. Ф. Махнов через Н. П. Круглову, Дарью Тяпкину и М. Д. Виниченко регулярно обеспечивал медикаментами партизан Сиротинского района, а через учи­тельницу В. П. Брухнову (Янович) и О. С. Свечкину — пар­тизанскую бригаду «Алексея». Поставляли медикаменты от­рядам врач Т. М. Широченко и фармацевт М. И. Старовойто­ва. Через связных Надю Проворную, Аню Киташеву и юного разведчика П. Л. Лебедева снабжал партизан не только разведданными, но и медикаментами Н. И. Чертков. Врач-гине­колог А. И. Богданова обеспечивала лекарствами и перевя­зочными материалами партизанский отряд А. А. Погорелова. Сестры В. Г. Дунке и А. Г. Липатова шефствовали над отрядом «Моряк» бригады «Алексея». Неоднократно получала медикаменты для народных мстителей из витебской аптеки на площади Свободы комсомолка Валя Лебедева. Дважды с аптечного склада в Витебске по заявкам леозненской больницы получали большое количестве медикаментов для партизан бригады «Алексея» витебские подпольщицы М. К. Свечкина-Блохина и Н.И. Воронова.
Связи витебских подпольщиков выходили и за пределы области. Известно, например, что смоленские партизанские полки Садчикова и Гришина засылали своих разведчиков в Витебск, чтобы через городских патриотов добыть медикаменты, разведать намерения врага. Н. И. Москвин в своей книге «Партизанскими тропами» пишет, что через витебских подпольщиков смоленские партизаны в сентябре 1942 г. узнали о готовящейся против них карательной экспедиции под условным названием «Желтый слон». К сожалению, автор не называет патриотов Витебска, с которыми были связаны партизаны Смоленщины.
 
Продолжение
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz