Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Страница 27 | Регистрация | Вход
 
Среда, 23.08.2017, 18:47
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Продолжение книги Владимира Минаева "Молодая гвардия": опять предательство?"
Страница 27.
 
 
А.Г.Никитенко верно сказал, что Бублик «не знает практически ничего» о «Молодой гвардии». И сам Бублик как будто согласился: «Об истории этой организации мы действительно не знали ни-че-го». Но знали, видели и слышали сотни очевидцев тех событий, и их правдивые свидетельства стали историческими документами. Да и факт казни подпольщиков подтверждает их активную деятельность против оккупантов. А какие свидетельства у Стахива? Неужели вот такое доказательство Бублика: «Дончане и Стахив друг другу понравились»?
Бублик не по незнанию, а умышленно искажает факт «как была раскрыта организация». Его он «логически объясняет» показанием «начальника Ровеньковской полиции по фамилии Орлов, утверждавшего, что Олег Кошевой на допросах рассказывал все». Но Кошевой был арестован, когда вся «Молодая гвардия» была уничтожена, и его рассказ не был предательством.
Бублик напялил на себя маску невежды и конструирует наглую ложь, чтобы развенчать настоящих патриотов. И одновременно возносит до значительных, заслуживающих особого внимания личностей, себя, Стахива, Семистягу и Подова. Он пишет, что Никитенко мог бы приехать к нему в Луганск, а когда Стахив 21 сентября появился в Донецке, то Никитенко нужно «бы плюнуть на дурацкий митинг, и, задрав штаны, нестись на встречу с очевидцем событий». И вот как Бублик объяснил, почему «не задрал наш правдоруб штанов»: он «исполнял приказ обеспечить митинг... видимостью многолюдья». Это как? Никитенко должен был мельтешить перед глазами высоких гостей и говорить, что это мелькает много-много людей? Чушь собачья!
А разве не глупо порядочному человеку ехать искать истину у непорядочного, прожженного лжеца, да ещё и самозванца из Америки?
Только нравственно слепые не видят простого и ясного: то, что произошло, стало историей, а она не подвластна капризам и прихотям бубликов. Они или не знают, или игнорируют, например, мнение Гоголя о совершенно естественном: история не может быть без связи с целями. И потому рисуют истории молодогвардейского и бандеровского подполья без связи с их целями: молодогвардейцы защищали свое, а бандеровцы стремились захватить чужое.
В финале пасквиля Бублик попытался нанести сокрушающей удар по А.Г.Никитенко, указав причину «неадекватного поведения Анатолия Григорьевича», который кидается с «диким воплем: «Не трогайте молодогвардейцев». Оказывается, «в маленьком Краснодоне немного вариантов занять высокое положение. Можно сделать карьеру в угольной промышленности. Но это трудно и опасно». И «Никитенко попал в струю – стал директором музея...». «Чтобы удержаться на этом посту» Никитенко написал статью против него, Бублика, и «ещё не такой тон возьмет в своих... произведениях».
Думаю, читатель поймёт, почему такой тон и мелкие склоки в стряпне Бублика. Да, ему хотелось отличиться. И была надежда, что ущербная мораль, патологическая ненависть к нормальному чувству настоящих патриотов, обывательская враждебность к советской истории не получит отпор. У Бублика явно помутилось сознание и он в трех эпизодах переименовал Никитенко в Леонида Григорьевича – характерный признак пасквилянтов. Он не вспомнил и то, что А.Г.Никитенко — Почетный гражданин г.Краснодона, депутат городского Совета семи созывов и Заслуженный работник культуры Украины. Культуры! Что и подтвердила его корректная отповедь клеветнику. А вот в пасквилях Бублик выявил себя журналистом-флюгером и беспардонным лжецом.
Держит нос по ветру и редактор газеты некая Яна Осадчая. И вместо того, чтобы делать газету правдивой, соответствующей своему названию, она грязными, лживыми, склочными страницами стремится опорочить славное имя «молодогвардеец», вызвать к нему неприязнь.
Но как бы ни злобствовали, как бы ни язвили некоторые наСМИшники, украинские геббельсята, они не смогут опровергнуть то, что подвиг молодогвардейцев является образцом настоящего патриотизма со всеми его составляющими: любовью к отечеству, готовностью ради него к самопожертвованию, уважению исторического прошлого родины и унаследованных от него традиций, гордостью за социальные и культурные достижения своего народа.
Сегодня идеологи украинских националистов и буржуазных демократов выхолостили эту суть до малосодержательной оболочки – любви к родине – злонамеренно пытаются «освободить «Молодую гвардию» от идеологических и политических наслоений», чтобы выставлять героев каменными идолами, которые не могут быть примером для подражания.
Нынче, к примеру, замалчивают, что молодогвардейцы были комсомольцами, воспитанными в советском духе и боролись за то, что у них отобрали оккупанты: землю, заводы и фабрики, школы и институты, свободу и мечту, а наделили их народ безработицей, голодом, эпидемиями болезней, наказаниями смертью и рабством.
Разве не то же самое отобрано сегодня у нашей молодежи, у всего народа? И потому правящая верхушка боится того, что борьба молодогвардейцев может стать живым примером.
Будущие краснодонские подпольщики уже в школьные годы решительно выступали против лжи, ненавидели подхалимов, приспособленцев и предателей. А в дни оккупации, когда им попадалась Ворошиловградская газетенка «Нове життя», то они с еще большей активностью распространяли листовки об истинном положении дел и проклятьями немецким холопам, как захватчикам их родины.
Сегодня мы больше знаем об ОУН и УПА и со всей определенностью можем подтвердить, что они действительно являлись захватчиками: выходцы из малой части Украины, только что присоединившейся к УССР, руководимые чужеземцами, они вторглись на ее территорию в колоннах агрессора и стремились с помощью гитлеровцев захватить Большую Советскую Украину, ее огромный промышленный потенциал, созданный народами Советского Союза. То есть, стремились захватить не свое, как это делают разбойники и бандиты.
Премьер-министр Украины В.Ф.Янукович на митинге в Краснодоне сказал: «Подвигу «Молодой гвардии» нет срока, как нет и забвенья… На примере мужества и героизма молодогвардейцев мы воспитываем и будем воспитывать нашу молодежь».
1 мая 2009 года Краснодонскому музею, посвященному памяти Краснодонских подпольщиков, исполнилось 65 лет.
Память, память, за собою позови,
В те далекие, промчавшиеся дни,
Ты друзей моих ушедших оживи,
А друзьям живущим молодость верни!
Память, память, ты же можешь,
                                             ты должна...
                                                     (Роберт Рождественский)
Музей «Молодая гвардия» был открыт спустя год и два месяца после освобожде­ния Краснодона от немецких оккупантов и более чем за год до появления романа Александра Фадеева. Это подтверждает бесспорную правду о деятельности крас­нодонских подпольщиков. Уже тогда ге­роизм молодогвардейцев был определен как подвиг во славу Родины. Не то что возведение в герои через десятки, сотни лет разных мазеп, шухевичей, бандер, «героев» Крут.
В 1982 году Указом Прези­диума Верховно­го Совета СССР музей «Молодая гвардия» был на­гражден орденом Дружбы народов. А на месте казни краснодонских подпольщиков воздвигнут вели­чественный мемо­риал «Непокорен­ные».
Возврат капитализма в начале 90-х накрыл страну селевым потоком идео­логического вранья.
Хищные газетные, журнальные, радио- и телевизионные утки стаями, черными тучами налетели на мертвых, безза­щитных молодогвардейцев, изгадили память, низвели их подвиг до детской забавы, выдумки полицаев и писателя.
Российский публицист Виктор Кожемяко об этой шатии сказал так: «Много написано о жестокости гитлеровских фашистов. Но эти, «демократические», по-моему, еще более жестоки! Гитлеровцы не щадили живых, эти же не щадят и мертвых».
В условиях фашизации, насаждаемой верховной властью Украины, коллектив музея утратил главное для плодотворной работы – почву под ногами: объективные условия бытия сегодня не убеждают в необходимости любить Родину. Французский просветитель Шарль Монтескье под­черкивал, что «лучшее средство привить детям любовь к отечеству состоит в том, чтобы эта любовь была у отцов».
Но коварные отцы предали свое отечество: одни – свои­ми руками привели в состояние шока народное хозяйство и все жизнеустройство, другие – созерцали грабительство и ждали как манны небесной обещанную благодать.
Сегодня редко кто из отцов скажет о себе словами по­эта:
Я не менял присяги текст
И свой анкетный лист.
Я в том строю, где мой отец –
Солдат и коммунист.
И убежденью моему
Иной дороги нет.
В капитализме вижу – тьму,
В социализме – свет.
Коллектив музея в наше смутное время сохранил народные святыни и отверг предательскую идеологию.
В деле защиты всемирно известного подвига глубокое уважение снискали руководители Луганской области и Краснодона.
Юбилей орденоносного музея выплеснулся в яркий антифашистский форум представите­лей Луганской, Донецкой, Запорожской, Харьковской областей, города Киева и Российской Федерации.
Праздничный вечер, посвящен­ный годовщине музея «Молодой гвардии», состоялся и в Москве, в Украинском культур­ном центре. Его организовало Лу­ганское землячество. Хозяевами вечера в полном смысле слова были сотрудники музея, приехавшие на праздник во главе со своим ди­ректором. Много добрых слов бы­ло сказано в их адрес москвичами – представителями обществен­ных и военно-патрио-тических ор­ганизаций, участниками Великой Отечественной войны, студентами и школьниками.
В защиту историче­ской правды выступил сын писате­ля Фадеева – Михаил Александро­вич, отметивший, что «Молодая гвардия» – как бы это ни бесило антикоммунистов – была боевой комсомольской организацией.
Саратовское книжное издатель­ство художественной литературы после долгого перерыва впервые выпустило знаменитый фадеевский роман, и тут же на вечере состоялась презентация этого издания.
Значит, воскрешенная память и торжество Правды в Луганской области, в Краснодоне положили начало освобождения украинского народа от гнета национал-фашистской идеологии, как это было в 1943 году, когда именно с Луганщины началось освобождение Украины от немецко-фашистских оккупантов и их приспешников. Несмотря на продолжающееся идеологическое и политическое воздействие Запада и США на правящую верхушку Украины, в условиях многолетней смуты нет-нет да и возникает уверенность в том, что эпоха сенсаций на критике прошлого заканчивается, потому что прозревающий народ начинает отвергать затрепанную тему демагогов-антисоветчиков. Ведь не зря говорится, что исподволь и сырые дрова загораются.
Уже сегодня открываются новые школьные музеи «Молодая гвардия» и «Боевая слава», на страницах газет и журналов в России, в Интернете выступают носители слова правды о «Молодой гвардии» представители молодого поколения Наталья Бухвал, Алена Дружинина, Елена Кузьминых. И массовый наплыв экскурсантов в Краснодонский музей продолжается.
Следовательно, современные геббельсята — пресмыкающиеся бублики, всяческие газетные пачкуны и эфирные маратели – не смогут остановить воскрешение памяти у наших людей.
 
 
Иванцов мне друг, но истина дороже
 
О темных пятнах в книге
«Гордость и боль моя – «Молодая гвардия»
 
Ныне не в диковину псевдомнезия – болезнь, при которой нарушена память и ее пробелы заполнились фантастически­ми выдумками, исчезло различие между действительно про­исходившими событиями и событиями, о которых больной читал или слышал, при этом сомнительные, ложные, нередко несовместимые между собой суждения и умозаключения не поддаются исправлению никакими доводами.
Заметив явное проявление характерных признаков псевдомнезии в книге Кима Иванцова «Гордость и боль моя – «Молодая гвардия» («Альфа-пресс». Донецк. 2004—416 с.) мне потребовалось немало душевного напряжения при третьей попытке дочитать ее до конца и высветить «темные пятна» в ней.
Уже в самом начале, в слове «От автора», К.Иванцов обо­значил свое отношение к «руководящей и направляющей» партии, обвинив ее в создании «белых пятен» в истории «Молодой гвардии». И будто бы его сестра, Нина Иванцова, добивалась рассмотрения вопросов, вызывающих споры. Но компартийные и комсомольские органы «понимали: при этом обсуждении лопнут, как мыльные пузыри, и партийное руководство «Молодой гвардией», и выдаваемые за истину намеренные подлоги в биографии этой организации». И буд­то бы «ни О.Кошевой, ни И.Туркенич, ни другие члены штаба «Молодой гвардии» никогда не встречались с Филиппом Петровичем (Лютиковым). Больше того, многие даже не­ знали о его существовании» (с.8).
А вот в советское время, за 6 лет до горбачевского замызгивания у народа мозгов, К.Иванцов писал так:
«Холодной зимней ночью с 15 на 16 января 1943 года вывезли на казнь первую группу молодогвардейцев и коммунистов-подпольщиков. В их числе находился и руководитель Краснодонского партийно-комсомольского подполья, коммунист ленинского призыва Филипп Петрович Лютиков.
У места казни, шурфа шахты № 5 он сказал:
– Мы учили молодежь жить и бороться. Пусть же хлопцы увидят, как умирают большевики...
Собрав последние силы, Филипп Петрович запел:
Замучен тяжелой неволей,
Ты славною смертью почил,
В борьбе за народное дело
Ты голову честно сложил.
Песню тотчас подхватили молодые голоса.» (Иванцов К.М. «Краснодонские мальчишки: художественно-документаль­ные повести – Донецк: Донбасс, 1979 – 167 с. – с.83).
Там же, на с. 160 К.Иванцов, рассказывая об «одноэтаж­ном, приземистом... сером, непримечательном» здании, ска­зал:
«Но именно это строение долгие годы рождало у краснодонцев силу и уверенность, что их дела и труд нужны родному городу, Советской стране, земле нашей. До войны здесь помещался районный комитет партии, а в комнатах правого крыла – райком комсомола...
Вон в той комнате стал руководителем партийного подполья Филипп Петрович Лютиков, отсюда ушел он в бессмертие.
И сколько бы времени ни прошло, какие бы красивые дома ни были построены на моей родине, это неказистое строение всегда будет для меня главным зданием любимого города».
Правду сказал Ким Михайлович и в данный момент:
«Сегодня не только старые злопыхатели сипло тявкают из подворотен, но и их одичавшие в бездуховности последо­ватели. Один из тех новоявленных брехунов резонерствует: «Все, что появилось в печати (о «Молодой гвардии» - К. И), извращалось в угоду фальшивой версии, изложенной Фадее­вым и перекочевавшей в кинофильм...» (с.9)
Сегодня, когда господство полукриминального капитала и свободная, спекулятивная торговля обернулись людскими жертвами в два раза большими, чем при большом голоде 1932-1933 го­дов, и шестью миллионами выехавших за границу на заработки, легкомысленно нападать на «руководящую и направляющую», абстрактно судить прошлое, не сравнивая его с современностью. Всякое было при строительстве со­вершенно нового общества. Но наш народ под руководством той партии большевиков был созидателем, коренным обра­зом изменившим мир. Он создал первую страну Советов и общество социальной справедливости, о котором человече­ство мечтало тысячелетие, общество, где принципом бытия было «Слава труду!». Советский народ был главнейшим в разгроме фашизма, первым прорвался в космос и обеспечил мир на Земле в течение десятилетий. Да разве можно описать все достижения советского народа, которые умалчивают или очерняют современные приспособленцы и шкурники. А К.Иванцов то время назвал «невероятно сложным, запутанным и противоречивым», не назвав, не выделив его главных, сущностных, определяющих признаков.
Не буду касаться воспоминаний К.Иванцова о его школь­ных годах, о пребывании в пионерском лагере, в истреби­тельном батальоне и партизанском отряде, рассказов о подпольщиках. Мое «прикосновение» к нескольким «темным пятнам» необходимо, чтобы обличить их, потому что, как пел знаменитый В.А.Козин, я не­навижу в людях ложь, от лжи к предательству полшага.
 
И крылья есть, да некуда лететь (посл.)
 
При знакомстве с книгой К .Иванцова создается впечатление о его редкой феноменальной памяти. Вот он от­четливо вспомнил, как тот, кто когда-то станет предателем, возбудил в его детстве гадливость и отвращение.
«Почепцов пел перевернутые песни. Мне стало тошно от этих песен, и я закрыл руками уши. Но он пел так громко, что это не помогло...
Вдруг он замолчал, встал с кровати и через несколько ми­нут снова лег, пыхтя папиросой. Потом запел уже окрепшим голосом песню о том, как:
Легко на сердце от каши перловой...
< ...> Когда Почепцов подлизывался к картежникам, меня тошнило, а рука поднималась ударить его. Но я сдержался.
– Хватит тебе подхалимством заниматься, пошли лучше на турник, – сказал я Почепцову» (с.22,23).
Или вот будто бы сохранившееся в памяти несуразное «сборище в кочегарке»:
«Около вплотную прилегающей к клубу кочегарки мы ви­дели жизнь такой, какой еще не знали и какой она оказалась на самом деле. Здесь собирался люд постарше: ученики шко­лы ФЗО (фабрично-заводского обучения), без определенных занятий беспризорники, кряжистые дядьки-кулаки (так называли зажиточных крестьян и середняков, отказывавшихся вступать в колхозы). Они либо бежали из раскулаченных, а то и репрессированных белоказачих семей, избегая ссылки в Сибирь или осуждения к 3-5 годам лишения свободы, либо уже были осуждены и «стреканули» из лагерей НКВД. Мно­гие из них, в основном те, что помоложе, стали всам­делишными ворами, жуликами, мошенниками. Словом, опус­тившимися людьми, которых в те годы называли декласси­рованными элементами. В той среде вертелось также не­мало местной шпаны. Здесь слышались блатные песни, трехэтажный мат, расписывались всевозможные анекдо­ты. Вся эта братия здравствовала по своим, воровским, за­конам понимания жизни, весьма далекими от законов госу­дарства.» (с .50)
И вот явное сочинение: «дружбой со старшими лагерни­ками... мы дорожили» и «жадно вслушивались в слова тех беглых лагерников» (с.51) Как будто в городе не было мили­ции и «беглые лагерники» воспитывали детей.
Трудно поверить, что 12-летний Кимаша и его компания были вундеркиндами и «строили предположения относи­тельно дальнейшего развития тех или иных международных событий — политика пронизывала нашу жизнь, с раннего детства она была дома, в школе, на улице. Когда я учился в третьем классе, часто слышал сталинское изречение «Кад­ры решают всё». Что означало слово «кадры» и что «все» они решают — понятия не имел. Но о том взрослые говорили с утра до вечера. Лозунг мне понравился. И однажды я вырвал из школьной тетради чистый лист, большими печат­ными буквами написал на нем то изречение и прикрепил его над своей кроватью» (с.48)
Конечно, чистой воды вымыслом является и вот этот эпизод:
Однажды Тюленин спросил меня:
— Ты видел фото в газетах?
Я понял, какие именно фотографии он имел в виду. Пото­му отозвался сразу, к тому же живо и с намеком:
— Не только видел...
Сергей, однако, не придал моей недомолвке никакого зна­чения. Поглощенный своими мыслями, он продолжил:
— Сталин и Молотов стоят рядом с Риббентропом. Ио­сиф Виссарионович даже взял фашистского министра за руку. Все трое довольно улыбаются, словно… — он осекся, не отважившись высказать то, что вертелось на языке. — А карточку Молотова с Гитлером смотрел? — Сергей поднял на меня неожиданно расширившиеся глаза. — Фюрер взял Вячеслава Михайловича под руку, оскалил зубы... кореш, да и только. Что-то мы с тобой не ухватываем. И Илья Моисее­вич не договаривает...
Припомнив недавний домашний случай, я сказал:
— Знаешь, Серега, мы, кажется, не туда гнем ...
— Может быть. — согласился он. — А ты знаешь, куда именно гнуть надо?
Я молча передернул плечами.» (с .94)
Каковы мальцы, а? Провидцы!
«В тот вечер отец, протягивая мне «Правду», «Извес­тия» и еще несколько центральных газет, сказал:
— Вырежь снимки и сохрани. Это история. И какая ис­тория! Дружба с фашистами! Бешеный антикоммунист Гитлер и неистовый антифашист Сталин — друзья! Надо же такое придумать. Я вряд ли доживу, — отец махнул ру­кой, — а ты... ты когда-нибудь, как и многие наши люди, на эту комедию, точнее трагедию, посмотришь другими гла­зами. Только спрячь газетные вырезки подальше. Не ровен час, кто-то может подумать... — он не договорил. Но и без того было ясно, чего отец опасался. К сказанному стоит только добавить (впрочем, я уже об этом говорил), что в 1939 году, в день 50-летия Адольфа Гитлера, И.В.Сталин послал фюреру поздравительную телеграмму.
Я исполнил просьбу отца. И теперь, спустя десятилетия, иной раз достаю те газетные снимки. Пристально вгляды­ваясь в лица человека двойного сознания Сталина, наших бывших вождей, их фашистских собеседников, напряженно размышляю о невероятно сложном, запутанном и противо­речивом времени юности будущих молодогвардейцев» (с.95)
Выходит, молодогвардейцы так и не «выпутались» из того «невероятно сложного, запутанного и противоречивого вре­мени», если пошли за Сталиным. И не поняли, что в годы сталинщины идет «самоистребление народа». Правда, странный вывод?
После многих страниц о «врагах народа» К.Иванцов при­водит мысли 12-летних вундеркиндов:
«Естественно, о том, что на самом деле происходит в стране, мы не знали. Не ведали и о жизни Запада, потому не могли сравнивать ее с нашей. Однако вслед за взрослыми со­тый раз спрашивали себя: «Откуда у нас столько врагов? Бьют их каждый божий день, а они не переводятся. Совет­ский Союз прямо-таки кишит миллионами шпионов, недру­гов, затаенных вредителей» (с.91)
 
С кем поведешься, от того и наберешься (посл.)
 
Современную вкусовщину к блатным песням, матерным словам К.Иванцов приписал поколению молодогвардейцев, одухотворенному идеалами доброты и идейными устремлениями. Вот кое-какие несуразности и явные вымыслы, сварганенные по современным рецептам извращения, опошления советского прошлого.
«Кстати, о блатных песнях. Их, как и официальных со­ветских и народных, было множество. Разудалых и груст­ных, завлекательных и душевных, наполненных глубоким смыслом и откровенно никудышных. Казалось, до всего это­го нам не было никакого дела, можно было пройти мимо. А вот услышишь распевающего шахтера, бывшего лагерника, даже пьяненького, и невольно замедляешь шаги, прыслушиваешься к словам, стараешься уловить их смысл. Те песни — это ведь часть нашей жизни. В некоторых из них, особенно о Днепровской ГЭС (скажем, «Налей, подруженька, стакан­чик русской водочки, Помянем мы с тобой собачий Днепро­строй...») и Беломорско-Балтийском канале имени товарища Сталина («Нас сюда из разных мест пригнали, Работать на задрипанном канале...»), на строительстве которых по­гибли сотни тысяч людей, было заложено куда больше прав­ды о нашей жизни, чем во многих официальных, написанных с соблюдением всех правил и признанных обществом. Мы ждали те слова, и мы их услышали. А услышав, стали по­степенно осознавать: в этих песнях — история нашего госу­дарства. Выходит, не зря уважал блатные песни автор ро­мана «Молодая гвардия», (с.54,55)
Будто мы с Иванцовым жили в разных городах. Наши компании мальчишек проникали в коллективы парней и взрослых, на территорию шахт, в клубы, в парк, но почему-то мы ничего подобного не слышали.
Странно: К.Иванцов преувеличенное внимание почему-то уделяет низким сторонам и подробностям довоенной жизни (блатным песням, матерной лексике и т.п.), называя эти свои подробные описания то «некоторыми сторонами нашей жизни» (с.56), с чем можно и согласиться, а то и самой жизнью «какой она оказалась на самом деле» (с.50). Не «замечать» главного содержания жизни – удел тех, о которых М.Горький писал: «Рожденный ползать – летать не может».
«Понравившиеся песни мы играли только в своем кругу. Распевали и те, в которых встречались ругательства.
Вначале многих из нас это вгоняло в краску. Однако один бывший лагерник, «знаток» русской лексики, поспешил нас успокоить:
— Песня без мата, — сказал он, — все равно что русский человек без водки. Не понимаете? Тогда можно сказать так: все равно что жратва без соли...
<...> Этот чертов мат преследует нас всю жизнь. Осо­бенно он распространен в селах…
<... > Откуда все это у нас? Одни говорят — истоки ма­та следует искать в Древней Руси, другие считают его во­ровским жаргоном, который принесли на волю в свои семьи и рабочие коллективы из советских концлагерей и тюрем мил­лионы потомков Пушкина, Достоевского, Толстого. «И он — утверждает Галина Вишневская, — попал на подготовлен­ную почву, ибо вся атмосфера жизни на «воле» пропитана психологией затравленного человека... что повлекло за собой обнищание русского языка, и человеку часто уже не хватает слов для выражения своих мыслей. Тогда он сдабривает свою речь блатным жаргоном, пересыпает отборным матом, и этот советский русский язык понимают все. Им щеголяют студенты, ученые, знаменитые артисты...»
Лично я с Г. Вишневской согласен полностью».
К.Иванцов осовременил прошлое, приписал ему принципы, взгляды нынешнего «цивилизованного» общества, в котором легализована похабность, издаются словари нецензурных слов, ненормативной лексикой, срамными словами насыщают литературные произведения и кинофильмы. Нынешняя идейная опустошенность, распущенные нравы, аморализм в поведении людей – характерные признаки упадка нашего общества.
 
Продолжение
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz