Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Фроловский Семён Алексеевич | Регистрация | Вход
 
Воскресенье, 19.11.2017, 06:21
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
ФРОЛОВСКИЙ СЕМЕН АЛЕКСЕЕВИЧ
(1906 – 1998)
 
 
Из книги «ГЕРОИ ОГНЕННЫХ ЛЕТ».
Очерки о москвичах – Героях Советского Союза
Книга третья
Московский рабочий, 1978
 
ФРОЛОВСКИЙ СЕМЕН АЛЕКСЕЕВИЧ
Родился в 1906 г. в селе Назарьеве Сараев­ского района Рязанской области. По наци­ональности русский. Член КПСС с 1942 г. По окончании школы-семилетки работал плотником в Можаровском лесничестве. После службы в армии с 1931 г. жил и трудился в Москве. В 1936 г. окончил лет­ное училище и работал пилотом граждан­ской авиации. В годы Великой Отечествен­ной войны совершил более 300 боевых вы­летов, многие из них в глубокий тыл врага. Звания Героя Советского Союза удостоен 7 августа 1943 г. После войны в течение длительного времени продолжал нести летную службу в международной группе Аэрофлота. В настоящее время пенсионер, живет в Москве.
 
ПО ВОЗДУШНОМУ МОСТУ
Н.Денисов
 
Семена Алексеевича Фроловского, 35-летнего летчика Мос­ковского управления Аэрофлота, весть о войне застала в рей­се Москва — Симферополь, на промежуточной посадке в Запо­рожье. С того рейса, по сути дела, и началась у него повседнев­ная летная служба в интересах фронта, для войск, партизан, которую добросовестно нес все четыре года войны. Идя обратно в Москву из Симферополя, вне расписания, он уже выполнял первое такое задание: на борту самолета были командиры и политработники, спешившие из отпусков в свои части.
И начались один за другим полеты, к которым привлекли многих опытных пилотов гражданской авиации. Иные из них, образовавшие прочный костяк организованной через некото­рое время 1-й авиатранспортной дивизии, как и Семен Фроловский, пройдя в молодости армейскую службу, обладали определенными военными знаниями, получили еще до Великой Отечественной некоторую боевую практику — либо в районе Халхин-Гола во время нападения японских милитаристов на Монголию, либо на Карельском перешейке в дни вооруженно­го конфликта с Финляндией. Фроловскому, бывшему артил­леристу конца двадцатых годов, тогда, зимой 1939/40 года, довелось, в частности, немало полетать по спецзаданиям на петрозаводском, ухтинском и реболовском направлениях. Для него, рейсового пилота южных маршрутов, полеты в тех север­ных районах с их неустойчивой погодой оказались хорошей школой. Полученные тогда пилотажные и навигационные на­выки управления самолетом в условиях ограниченной види­мости и сложной ориентировки как нельзя лучше помогли до­стойно выполнять многие трудные боевые задания в годы Ве­ликой Отечественной...
На войне всегда есть место подвигу, любая воинская специальность героична. Каждый воин, на каком бы посту он ни находился, должен в боевой обстановке обладать высоким мастерством, находчивостью, выдержкой, готовностью любой це­ной решить поставленную задачу. И это неписаное правило, своего рода закон воинской службы в полной мере подтверди­ла повседневная фронтовая жизнь Семена Фроловского — ко­мандира транспортного самолета. Казалось бы, что особенного провести самолет по избранному маршруту, доставить в ука­занный пункт грузы или людей. Для рейсового пилота, имею­щего солидный стаж летной службы, это дело привычное. Он не истребитель, ведущий воздушный бой, не штурмовик или бом­бардировщик, которым надо точно поразить наземную цель, плотно прикрытую огнем противовоздушной обороны. У лет­чиков боевой авиации каждый полет сопряжен с риском, с опасностями. Но оказывается, что на войне и перед экипажа­ми самолетов-транспортников частенько возникали неожидан­ности, требовавшие от авиаторов не только высокого летного мастерства, но и исключительного самообладания, храбрости, решительности, готовности к разумному риску.
Представьте, что на борту машины сотни бутылок с зажигательной смесью. В первые месяцы Великой Отечественной наши бойцы, умело используя их, много раз выходили победи­телями в единоборстве с вражескими танками. Вовремя доста­вить на фронт это надежное противотанковое средство было весьма важно. Но каждый полет с подобным грузом требовал большого нервного напряжения. Случись что на взлете или при посадке, а тем более если атакуют истребители противни­ка да продырявят фюзеляж хотя бы одной очередью,— все на борту воспламенится. Немало тогда, в сорок первом, было вы­полнено подобных рейсов. Во время одного из них в пилот­скую кабину просунулось встревоженное лицо борттехника. Он скорее выдохнул, чем сказал:
— Пожар!..
Разве можно чем-либо измерить, скольких внутренних уси­лий стоили те минуты Семену Фроловскому? Продолжая вес­ти самолет по курсу, он чутко прислушивается, как там в ос­новном отсеке экипаж борется со смертельной опасностью. Хорошо, что на борту оказался химик, сопровождавший груз. Не мешкая, он открыл дверцу самолета и вместе с механиком и стрелком-радистом сумел выкинуть три ящика с самовозго­рающимися бутылками. Остальные 30 ящиков экипаж успел изолировать от пламени моторными чехлами, лежавшими в хвостовом отсеке. И на этот раз весь груз, за исключением не­предвиденной потери, был доставлен к месту назначения.
Когда враг осадил Ленинград и начал сжимать кольцо бло­кады, на борту самолета Фроловского появился другой, не ме­нее опасный груз. Город-фронт налаживал производство бое­припасов, а для них нужна взрывчатка. Ее-то и доставляли по воздушному мосту самолеты транспортной авиации. На марш­рутах они нередко подвергались атакам «мессершмиттов» и иной раз пылающими факелами врезались в воды еще не за­мерзшей Ладоги. В каждом рейсе свои особенности, свои труд­ности. Туда, в Ленинград,— взрывчатка, обратно, на Большую землю, еще более ценный груз — люди. И не случайно к поле­там с берегов Невы летчик всякий раз готовился с особой тща­тельностью и проводил их с наивысшей внутренней собран­ностью.
Наверное, именно это помогло однажды Фроловскому до­вести все же самолет до намеченной посадочной площадки, когда над Ладожским озером его атаковали вражеские истре­бители.
Группа «мессершмиттов» навалилась, когда, казалось, возможность встречи с воздушным противником уже миновала. Фроловский немедля «прижал» машину к земле, не давая тем самым «мессершмиттам» атаковать его снизу. Воздушный стре­лок Василий Спирин открыл огонь по противнику. Но и враже­ские трассы вспарывали воздух совсем рядом. Так и шел Фро­ловский, бросая самолет то вправо, то влево. Благодаря рас­четливому маневру лишь одна вражеская очередь из многих прошила фюзеляж ЛИ-2. Двоих пассажиров убило, несколь­ких человек, в том числе и воздушного стрелка, ранило. Ос­тальные долетели до места невредимыми. А вернувшись на ба­зовый аэродром, летчик узнал о своей первой награде — орде­не Красной Звезды.
Вскоре начались иные рейсы — за линию фронта, в глубо­кий тыл противника, к партизанам, с посадками на занятой врагом территории. Тут уж еще более трудно сравнивать сложность подобных транспортных полетов с маршрутами, прокладываемыми, скажем, экипажами бомбардировщиков к дальним целям. Главное для тех — достичь заданного объекта, поразить его. А тут, когда на борту самолета люди, которых надо точно и в срок доставить в определенное место во вражеском тылу, а оттуда привезти на Большую землю выполнивших сложное боевое задание, летчику на подобном воздушном мосту необхо­димо проявлять особую выдержку, осмотрительность и наход­чивость.
Однажды в сорок втором Семену Фроловскому и второму пилоту ЛИ-2 Ивану Еременко поставили задачу: вывезти груп­пу наших раненых кавалеристов из части, рейдировавшей в расположении врага и, по сути дела, оказавшейся в окруже­нии. Приземлиться там, в тылу противника, приземлились. А как взлетать? Посадочная площадка, размокшая от весенней непогоды, плохо держала самолет. Шасси увязало в рыхлом грунте, у моторов не хватало мощности поднять машину в воз­дух. А гитлеровцы, со всех сторон обложившие район, откры­ли огонь. Трижды пилоты вели машину на взлет, придержи­ваясь полевой дороги, пересекавшей мокрый луг в крутой из­лучине реки, и трижды не могли подняться в воздух.
— Все, хватит, отлетались,— в сердцах сказал Еременко.— Надо уходить к партизанам.
— Погоди,— остановил его Фроловский,— попробуем еще разок, в сторону реки.
Это была дерзкая попытка, основанная на отличном знании техники, законов аэродинамики. Расчет был прост: в конце разбега самолет, чуточку подскочив на бруствере старой тран­шеи, тянущейся вдоль берега, крутого, обрывистого, зависнет над рекой и моторы все же вытянут его, не дадут провалиться в воду. Ну а если у них не хватит мощности удержать машину в воздухе? Тогда придется плюхнуться на том пологом берегу и пешим порядком идти к партизанам. Риск огромный, однако оставаться на площадке нельзя: вот-вот сюда пожалуют гит­леровцы.
Вывели машину под самую кромку леска, где посуше. Дали газ, удерживая самолет тормозами, а затем, когда моторы на­брали обороты, пошли на взлет, также стараясь придержи­ваться полевой дороги. Долгими оказались секунды разбега. Но вот ЛИ-2, покачиваясь, словно нащупывая крыльями опо­ру, повис над рекой. Самые напряженные мгновения! Ежесе­кундно проваливаясь, машина все же неслась вперед. Трассы вражеского огня, скрестившиеся было над нею, затухая, оста­лись позади...
Десятки полетов за линию фронта, любой из которых тре­бовал предельного напряжения сил и нервов, изобиловал слож­ностями, провел Фроловский к тому времени, когда в самый разгар битвы за Сталинград его вдруг отправили в загранич­ный полет. На этот раз в необычной роли — пассажиром са­молета, приземлившегося в Англии. Эта служебная командировка, связанная с изучением и освоением иностранной авиа­ционной техники, затянулась на несколько месяцев, пока наши войска громили врага на берегах Волги и в предгорьях Кавка­за, а затем, развивая наступление, гнали его за Дон и Кубань. С тех дней у Семена Алексеевича сохранились добрые воспо­минания о британских рабочих, с которыми доводилось тогда встречаться на авиационных заводах, о том, с каким пристальным вниманием там следили за сообщениями о боях под Сталинградом, как радовались победе, одержанной Советской Армией.
— Нам стыдно,— говорили рабочие летчику,— что в то вре­мя, когда русские столь самоотверженно борются с нацистами, наше правительство только разглагольствует о втором фрон­те в Европе...
Трудовые люди Англии всем сердцем переживали за совет­ский народ, мужественно сражавшийся с фашистской Герма­нией. С добрыми напутствиями английских рабочих, моряков Фроловский в марте сорок третьего вернулся на Родину и сра­зу же включился в летную службу. Особенно много пришлось летать к партизанам.
Никогда, наверное, не забудется рейс под Бобруйск, к пар­тизанам Белоруссии. В районе Кличева, между Березиной и Друтью, где Фроловский, пролетев за линией фронта многие сотни километров, посадил самолет, собралось до 500 партизан. Какая то была волнующая встреча! Фроловского, весь экипаж машины, впервые прилетевшей сюда с Большой земли, напе­ребой обнимали, расспрашивали, не знали, куда усадить, чем угостить. ЛИ-2 доставил тогда белорусским патриотам «Прав­ду» и другие центральные газеты, медикаменты, боеприпасы. Той же ночью, взяв на борт раненых, Фроловский поднялся в воздух и снова, пройдя сотни километров над территорией, по­ка еще занятой врагом, благополучно возвратился на базу.
В 1943 году, как известно, партизанское движение приобре­ло особенно широкий размах. Повсюду — под Ленинградом и в Прибалтике, на Калининщине и Смоленщине, под Брянском, в Белоруссии, на Украине и в Молдавии — партизаны наноси­ли удар за ударом по вражескому тылу и тем оказывали су­щественную помощь нашим войскам, активно действовавшим на всех фронтах. Стремительные рейды соединений А. Н. Са­бурова, С. А. Ковпака, А. Ф. Федорова и других командиров, «рельсовая война», отражение карательных акций фашистов, многие иные операции требовали крепкой связи Большой земли с партизанами, повседневной помощи им в самоотверженной борьбе с врагом. Именно тому и служил воздушный мост, пе­рекинутый советскими летчиками с Большой земли в парти­занские края.
Одним из авиаторов, кто поддерживал регулярное движе­ние по воздушному мосту, был Семен Фроловский. Всякое слу­чалось на этих трудных и опасных маршрутах. Однажды надо было срочно доставить в Москву из-под Лепеля фашистского генерала, захваченного в плен белорусскими партизанами. Они, сдерживая атаки карателей, радировали на Большую землю о готовности принять самолет. Еще по пути туда Фроловского атаковали ночные истребители противника — ушел от них бреющим полетом. Потом в районе города Городок об­стреляли зенитки — тоже невредимым ушел из опасной зоны. И вот посадка возле партизанских костров.
— Минут двадцать еще сможем продержаться,— сказал экипажу партизанский командир, торопя с погрузкой на борт пленного.
А как взлетать? Обычные в таких случаях трудности — поле перерыто. Да и расстояния, нужного для разбега, мало­вато. А командир вновь торопит:
— Взлетайте скорее, гитлеровцы близко...
И в самом деле, поляну уже стали прочерчивать трассы вражеского огня. Пилоты дали газ. Машина, разбегаясь попе­рек мелиоративных борозд, делала неимоверные прыжки, штурвал рвался из рук летчика. И все же взлетели, чиркнув, правда, несколько раз фюзеляжем по верхушкам деревьев. «Язык», за которым летали в тыл врага, к утру был доставлен во Внуково.
А через несколько дней экипаж ЛИ-2 постигла беда. В од­ном из последующих вылетов под Брянск вражескому ночному истребителю, стартовавшему, видимо, с сещинского аэродрома, атакой снизу удалось зажечь советский самолет. Пришлось ос­тавить машину и прыгать с парашютами там, за линией фрон­та. Первыми пошли вниз штурман Федор Яковлев и воздуш­ный стрелок Александр Вязовов. За ними — второй пилот Николай Трофимов, бортинженер Николай Москаленко и радист Александр Шарпанский. Как и положено командиру, Фроловский прыгнул последним. И вовремя: машина, охваченная пла­менем, уже была близко от земли.
Спустившись с парашютом, Фроловский попытался разы­скать членов экипажа. Но те словно в воду канули. Четверо суток скрывался Семен Алексеевич в высоком ячмене, пока не связался с местными жителями. Они-то и помогли ему разы­скать партизан, которые радушно приняли летчика, сообщили о нем на Большую землю. Нашлись и другие члены экипажа, примкнувшие к отряду. Погиб тогда из авиаторов только один — радист Александр Шарпанский. И потекли партизанские будни. Правда, на боевые задания летчика не пускали — для этого были более опытные в таких делах бойцы. А вот по вопросам о том, как лучше проводить операции, держали с ним деловой совет. Но больше всего, ко­нечно, просили рассказывать о том, какова жизнь в стране, что происходит на фронтах, что доводилось увидеть в других пар­тизанских зонах. А в одну из ночей, когда на посадочную пло­щадку приняли ПО-2, прилетевший летчик вдруг спросил:
— Где тут Герой Советского Союза Фроловский?
— Фроловский — это я, но не герой,— отозвался Семен Алексеевич.
— Именно за тобой, Семен, прилетели,— рассеял сомнения командир.— Давай, брат, отправляйся за наградой: тебе при­своено звание Героя Советского Союза...
Было это в канун праздника — Дня Воздушного Флота.
Август сорок третьего, в котором нашей победой в великой битве на Курской дуге завершился коренной перелом в войне, стал в боевой деятельности Семена Фроловского, как говорят авиаторы, своего рода «потолком». После этого идти по фрон­товому пути стало куда легче: наши войска неудержимо на­ступали, изгоняя фашистов с родной земли, громя их на тер­ритории европейских стран. А это вливало в советских воинов новые силы. Фроловскому теперь уже пришлось летать над Польшей, Венгрией, Германией, приземляться под Варшавой, Будапештом, Берлином. Каждый авиарейс, выполненный в ин­тересах фронта, еще больше приближал нашу армию к победе.
И она, долгожданная, выстраданная, пришла в мае сорок пятого. Случилось так, что Семен Алексеевич встретил ее не с однополчанами по 1-й авиатранспортной дивизии, а далеко от Родины — в Соединенных Штатах Америки, в кругу товари­щей по особой авиагруппе, находившейся там в командировке. Она как бы наводила первый послевоенный воздушный мост между Советским Союзом и США. Сколькими в тот ра­достный день заманчивыми планами поделились друг с дру­гом авиаторы в задушевных беседах!
У Семена Алексеевича Фроловского план был один, предель­но ясный: летать! Теперь уже по мирным трассам, в мирном небе. И он повел свой самолет по новому воздушному мосту — мира и дружбы между народами нашей планеты...
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz