Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Кравченко Ф.И. | Регистрация | Вход
 
Понедельник, 18.12.2017, 13:49
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
КРАВЧЕНКО ФЁДОР ИОСИФОВИЧ
(1912 – 1988)
 
 
Из книги «ГЕРОИ ОГНЕННЫХ ЛЕТ». Очерки о москвичах – Героях Советского союза. Московский рабочий, 1985.
 
КРАВЧЕНКО ФЕДОР ИОСИФОВИЧ
Родился в 1912 г. в станице Унароково ныне Лабинского района Краснодарского края. По национальности русский. Член КПСС с 1943 г. С 1935 г. жил в Москве. Участвовал в боях в Испании. В годы Ве­ликой Отечественной воевал в соедине­нии партизанских отрядов генерал-майора А. Ф. Федорова. Звания Героя Советского Союза удостоен 2 мая 1945 г. В настоящее время живет и работает в Москве.
 
ЛЕСНЫМИ ТРОПАМИ
 
На стенах московской квартиры Федора Иосифовича, что в доме на набережной Москвы-реки, висят фотографии с дарст­венными надписями: от Роднея Арисменди, Долорес Ибаррури, Эрнесто Че Гевары. За этими фотографиями — яркая, богатая незабываемыми событиями жизнь героя войны в Испании, участника партизанского движения в Белоруссии Федора Иоси­фовича Кравченко.
Весной 1942 года командованием советских войск была вы­брошена в тыл врага небольшая разведывательная группа (ко­мандир — Федор Кравченко, радист — Григорий Антоненко, австрийские коммунисты Макс и Тарас). Во время высадки парашют с радиопитанием не раскрылся. Батарей, бывших при рации, хватило лишь на шесть передач. Разведчики, потеряв связь со штабом, стали партизанами. Вскоре к ним присоедини­лись окруженцы, часть местных партизан.
Через несколько месяцев группа Кравченко влилась в со­единение партизанских отрядов А. Ф. Федорова. Имя Федора Иосифовича в то время уже гремело по окрестным селам.
Как-то раз группа Кравченко решила подорвать поезд, про­званный партизанами «голубой стрелой». Поезд вез гитлеров­ских офицеров, возвращавшихся из отпуска на фронт.
Группа расположилась вдоль железной дороги под самым Добрушем. В обе стороны были высланы наблюдатели, которые должны подать сигнал, когда появится экспресс.
Потянулись томительные минуты ожидания. Но вот справа вспыхнул зеленый огонек фонарика. Это сигнал — значит, идет поезд. По насыпи прошел легкий шорох, и снова все затихло.
— Приготовиться! Ну, подрывники, не подведите! — произ­нес Кравченко.
Стук колес усиливался. И вот уже поезд рядом. Бегут по насыпи желтые квадраты света из окон.
— Давай!
Взрыв разорвал темноту. Плеснуло огнем с насыпи. Вагоны полезли один на другой, рассыпались со страшным скрежетом. Тихими показались ударившие затем взрывы гранат и автоматные очереди. Уцелевшие гитлеровцы отползали за насыпь, но и там их настигал пулеметный огонь. Успех казался полным. В это время к командиру подбежал встревоженный наблюдатель:
— Машины с солдатами! Идут по дороге от Добруша.
— Отход! — скомандовал Федор Иосифович.
Но было уже поздно. Фашисты, прибывшие на машинах, развернулись и пошли в атаку, поливая очередями автоматов лесок между шоссе и железной дорогой, в котором были зажа­ты партизаны. Открыли стрельбу и уцелевшие гитлеровские офицеры. Партизаны попали в клещи. Казалось, спастись было невозможно. И все же Кравченко нашел выход. Подозвав од­ного из партизан, знавшего немецкий язык, он приказал ему кричать что есть силы: «Партизаны на насыпи!»
Тот так и сделал, превосходно копируя командные интона­ции гитлеровцев. Фашистские солдаты послушно ударили по насыпи. Оттуда им яростным огнем отвечали опешившие офи­церы-отпускники.
Кравченко дал напоследок несколько очередей по эшелону и вместе с отрядом отошел в лес. Усмехнулся про себя: «Инте­ресно, кто же из них «победит»?
К рассвету отряд был уже далеко от места взрыва — у шос­сейной дороги Краснополье — Чериков. По ней непрерывным потоком двигались на фронт вражеские машины с оружием и боеприпасами. Не дойдет до фронта одна машина со снаряда­ми — смолкнет целая батарея на сутки.
С нетерпением партизаны дождались темноты. Едва она на­ступила, группа выдвинулась к дороге. Быстро долбили лунки: маскировали мины.
Послышался гул моторов. Вот первая машина выехала на заминированный участок, а взрыва все нет. Федор Иосифович с досадой приподнялся на локтях: неужели неудача? И тут ти­шина взорвалась адским грохотом, лязгом и ревом двигателей, криками гитлеровцев. Шоферы стремились быстрей проскочить опасный участок, наталкивались на другие машины. Фашисты беспорядочно палили по лесу. А наша группа уже быстрым маршем продвигалась на другое место.
Действуя таким образом, партизаны Кравченко за короткое время уничтожили 17 грузовых и три легковые автомашины врага, не потеряв ни одного из своих товарищей. Работая сов­местно с группой Григория Балицкого, отряд Кравченко лишь за два месяца подорвал 29 эшелонов противника. 13 эшелонов пустил под откос лично Федор Иосифович. За эти операции от­важный партизан был награжден орденом Ленина.
...Когда же начал складываться характер героя, где та точка отсчета, с которой начиналось его становление?
Революционная борьба вошла в жизнь Федора Иосифовича с самого его детства. В 1913 году семья Кравченко в поисках лучшей жизни переехала в Уругвай. Там Федор вырос, там с ранних лет начал зарабатывать на хлеб, участвовал в первых схватках с миром капитала. Вскоре Федерико — так звали его друзья — вступил в ряды комсомола Уругвая, стал помогать отцу-коммунисту. И когда полиция разгоняла рабочие демонст­рации, комсомолец Федерико доставлял в грузовичке к месту схваток оружие пролетариата — булыжники. Возможно, что в этих боях постиг Кравченко первые партизанские хитрости.
Первый настоящий бой, первая победа и первое поражение, первая рана, первая утрата — все это ждало его в Испании, когда народ этой страны сражался с фашистами. Особенно за­помнился Федору Иосифовичу бой за небольшую деревушку Кихорну близ Мадрида. Там засели солдаты франкистской ар­мии. Кихорну надо было взять во что бы то ни стало, иначе франкисты ударили бы в тыл дивизии Листера.
И вот уже бой в разгаре. Атака Интернациональной брига­ды могла захлебнуться — до сих пор не выступили в поддерж­ку танки.
— Где же танкисты? Почему не выступают? С ними надо связаться немедленно. Кто пойдет?
— Я пойду, — ответил Кравченко и выскочил на бруствер окопа.
— Постой, возьми хоть броневик! — крикнул генерал Модесто.
— Да по дороге далеко! Я напрямик!
В расположении танкистов царило замешательство. Одна машина сорвалась в обрыв, ее с трудом вытащили, но колонна все еще не двигалась. Федор подбежал к командиру:
— Почему не идете в атаку?
— Да понимаешь, какое дело, — смущенно проговорил тот. — Там на колокольне противотанковая пушка. Как они ее туда втащили?
— Ну вот что. Сейчас пойдем в атаку. Я иду пешком. Вы за мной на танках. Кто отстанет, тот не мужчина.
Кравченко, круто повернувшись, зашагал к деревне. Он знал, что испанцы пойдут за ним. И точно: за спиной взревели моторы, лязгнули гусеницы. Танки с грохотом помчались в атаку.
Через 20 минут франкисты бежали из Кихорны...
Не тогда ли научился Федор Иосифович с отвагой смотреть в лицо смерти? Не тогда ли научился он тому особому мужест­ву, имя которому — мужество командира? Это не обычный во­инский героизм, когда человек жертвует своей жизнью: здесь он несет на себе груз жизней других людей, отправляемых по его приказу в бой. Тут нужна особая сила характера, подкреп­ленная личной храбростью...
В феврале 1943 года, после вызова в Москву, Кравченко снова вылетел к партизанам. Самолет с грузом для партизан­ского соединения — взрывчаткой, радиостанциями — должен был приземлиться в Боровом. Командир соединения А. Ф. Фе­доров ждал радиограмму. Прошла неделя, другая — радио­граммы все не было. На третью неделю, ранним утром, в штаб вбежал дежурный:
— Товарищ генерал, прибыл старший лейтенант Кравчен­ко. С ним еще двое. Груз на подводах.
— Какие подводы?! Он же на самолете прилететь должен!
Оказалось, Кравченко с двумя товарищами действительно прибыли на подводах, преодолев 300 километров по занятой врагом территории. На подходах к лагерю они ухитрились про­ехать по заминированной немцами поляне.
— Это довольно просто. Надо только подумать, где они мог­ли заминировать. Ясно, что мины в наезженной колее. Вот мы ее и объехали, — объяснял потом Федор Иосифович.
Через несколько дней сформировали новый диверсионный отряд, который возглавил Кравченко. Командир знакомился с членами отряда:
— Поднимите руку, кто был в бою?
Из 60 человек, составляющих отряд, только один поднял руку. Из неподготовленных ребят надо было организовать минноподрывную группу. И командир сделал это. Вскоре отряд вышел на свой участок дороги.
— Что такое труд партизана? Многим представляются эффектные взрывы поездов, налеты на противника, бесшабашная смелость. Да, все это есть. Но больше всего непримечательной черновой работы, — не раз уже после войны рассказывал Федор Иосифович. — Быть партизаном — это все время куда-то идти: взорвали эшелон — и тут же отходи, напали на комендатуру — и снова меняй место расположения. И ни на минуту нельзя рас­слабиться, забыться: ведь ты на территории, занятой врагом. Это нервное напряжение, растянутое на месяцы и годы.
Однажды, возвращаясь с задания, группа Кравченко была окружена карательным отрядом гитлеровцев. Пришлось отсту­пить в болото. Враги недоумевали: только что здесь была груп­па и вдруг как сквозь землю провалилась. И были недалеки от истины — партизаны затаились в их кольце, стоя по горло в воде. Весь день фашисты прочесывали лес вокруг болота, и весь день партизаны стояли в воде, кишащей пиявками, но так и не выдали себя.
— И никто не дрогнул, не сломался, — вспоминал Кравчен­ко. — А ведь какое нервное напряжение было! — И тут же доба­вил с улыбкой: — С тех пор пиявки не значатся в числе моих любимых животных.
Труд партизана — это не только отчаянная смелость. Еще в начале войны можно было полагаться только на нее. В сорок третьем картина изменилась. Командование фашистских войск создало специальное бюро по борьбе с партизанской техникой. Началась поистине борьба умов. Не проходило и недели, как появлялось какое-нибудь новшество для борьбы с нашими под­рывниками. Например, враги пускали впереди паровоза не­сколько платформ с песком. Применяли новшества и парти­заны. Они произвели сложный расчет прогиба рельсов. Мину настраивали, как музыкальный инструмент, — и она разрыва­лась под паровозом, оставляя без внимания платформу. Сле­дующей задачей было сделать мину неизвлекаемой. Партизаны подали 120 предложений — и мина была оборудована кнопкой неизвлекаемости.
Все это — техническая сторона дела. Но требовалось и организационно перестроить работу. Кравченко сделал как надо. И результаты не замедлили сказаться.
...В штаб соединения пришел связной от Кравченко, принес сводку. Читая ее, Федоров не смог сдержать возгласа уди­вления:
— Ого! Наверное, ошибка. Слушайте, товарищи: «Всего за 31 день подорвано 22 эшелона. Общий перерыв движения —154 часа».
Что тут началось! Кое-кто робко предположил, что сводка написана под влиянием винных паров. Иные высказывались и того резче:
— Ерунда! Чтоб 60 человек за месяц такое совершили! Сколько всего у них тола было?
— Да, по скромным подсчетам, 180 килограммов. Если брать по норме Балицкого — 20 килограммов на эшелон, то тем более видно, что тут что-то не так. В общем, надо проверить.
Федоров со связным отправился в штаб Кравченко. Не подо­зревая близости расположения отряда, он вдруг почувствовал запах костра. А не было никакой заставы, никто не спрашивал пароль. Наоборот, всюду девственные заросли, валялись нетро­нутые сучья. И связной какой-то странный попался: все время посвистывает.
— Да что ты рассвистелся, в конце концов? — не выдержал Федоров.
— Это, товарищ генерал, у нас пароль такой. Кругом секре­ты наши расставлены, вот я у каждого и даю знак, чтоб не под­стрелили ненароком, — ответил связной.
Но где же штаб? Неожиданно из-за деревьев вышел Крав­ченко и стал рапортовать, словно не замечая раздражения ко­мандира. Потом подошли еще два человека: начхоз и повариха. Это был весь штаб. Генерал никак не мог прийти в себя от изумления:
— А где охрана? Вы не боитесь, что вас застанут врасплох? Кравченко, улыбаясь, сказал:
— А вы не обратили внимание на отсутствие тропинки? Не правда ли, сучья совершенно нетронутые? Их хруст слышен за километр. А охрана? Мы все вооружены. В случае чего, не­трудно изменить место расположения — все хозяйство у нас на двух подводах.
Федоров протянул ему сводку: а это, мол, как объясните? Оказалось, каждую удобную ночь отряд делился на группы по восемь человек и расходился по своим «рабочим местам».
— Можно, конечно, и целой сотней ходить на эшелон, как Балицкий, — объяснял Кравченко, — но хватит и восьми чело­век. Можно также и по 20 килограммов тратить на эшелон, но он и от семи взлетает на воздух, если с умом положить...
В это время вдали послышалось пыхтение паровоза. Еще че­рез несколько секунд раздался взрыв.
— Вот вам двадцать третий эшелон, — сказал Кравченко. — Даже на слух можно контролировать группы.
В том, что Федор Иосифович решил расположить штаб в та­кой близости от железной дороги, вместо обычных 30 километ­ров, был трезвый расчет, кажущийся на первый взгляд безрас­судной смелостью. Отряд был маленьким, и командир не мог рисковать людьми. А чем больший путь проходит группа от ме­ста диверсии до своего штаба, тем больше вероятность встре­тить карательный отряд.
Кравченко был убежден: победы надо добиваться каждый раз малой кровью. А это означало беречь людей, не подвергая их бессмысленной опасности, но в то же время не колеблясь бросая их навстречу опасности необходимой. Он показал, что расчет и организованность могут дать больший эффект, чем без­рассудная смелость. Это и было организационной перестройкой, созидающей победу.
Вернувшись, Федоров спросил у штабных работников:
— Передали ли Кравченко указание о подготовке материа­лов к награждению? Если нет, то поторопитесь.
...На стенах квартиры Федора Иосифовича висят фотогра­фии с дарственными надписями. За этими фотографиями — яр­кая, богатая незабываемыми событиями его жизнь вице-прези­дента советского общества дружбы «СССР — Уругвай», члена Советского комитета солидарности с греческими демократами. В 1973 году Федор Иосифович был награжден орденом Октябрь­ской Революции за деятельность по укреплению мира между народами. Бывший партизан продолжает борьбу за мир.
 
А. Белов
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz