Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Аня Юрко | Регистрация | Вход
 
Суббота, 18.11.2017, 20:37
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Аня Юрко.
 
ЮРКО АННА. Двоюродная сестра Ивана Дожирина, закончила седьмой класс. Шустрая и бойкая девушка, с тёмными длинными косами, смешливыми карими глазами и длинными густыми ресницами. Любит погонять с мальчишками мяч, отлично плавает, никогда не унывает, постоянно её можно увидеть с улыбкой, ямочки на розовых щёчках красят её лицо. Она затейник и балагур, вдохновитель уличных компаний. Интересует её буквально всё: математика и история, география и рисование, музыка и техника, вышивка и графика. И за что бы ни взялась – всё у неё получается, со всем отлично справляется.
 
Лето 1942 года.
Вот и разошлись они во взглядах со своим школьным приятелем Остапом Крутовым, с которым вместе прошло их беззаботное уличное детство. С которым вместе читали книги о подвигах героев гражданской войны, об отважных лётчиках, далёких путешествиях. Который много раз зачитывал и пересказывал ей понравившиеся места из своей любимой книги Н.В.Гоголя «Тарас Бульба». Он всегда восхищался главным героем этой книги.
Остап учился в классе на год старше Ани. Был симпатичным, светлым, улыбчивым юношей. Друзей у него почти не было. Парень был застенчив и несмел в общении со своими ровесниками. Но Ане нравилось с ним общаться, он был начитан, много всего знал. Они много времени проводили вместе, обсуждали прочитанное в книгах, говорили о своей жизни, о школьных событиях.
Но вот пришла война. Многие товарищи Ани и её брата Ивана атаковали военкомат, стремясь пробиться на фронт. Но Остап оставался в стороне, издалека наблюдая за товарищами и знакомыми. Аня на это внимания не обращала, не задумывалась тогда над этим. Но с каждым днём Остап стал всё дальше от неё отдаляться. Нет, он всё так же ходил за ней, однажды даже пытался признаться ей в своих чувствах. Но Аня чувствовала, как между ними появилась пропасть, которая росла всё больше. Больно и обидно разочаровываться в своём друге, которому доверяла, которому верила во всём безоговорочно, с которым делила все свои радости и печали.
 
Вот они с Остапом идут по улице, навстречу им попался Саша Малевич – хороший знакомый её двоюродного брата, - понурый и хмурый. На вопрос Ани что случилось, он зло ответил:
-В военкомате был. Мал, говорят, ещё на фронт торопиться. Здесь много работы для вашего брата. А какая здесь работа-то? Из-под раненых горшки выносить и письма им писать? С этим и девчонки справятся, - говорил он, ломая в руках ветку.
Аня тогда осуждающе на него посмотрела. Это надо же, за ранеными ухаживать не хочет, на девчонок их сваливает. А Остап застенчиво посмотрел на Сашу и вымолвил:
-Не переживай, может это и к лучшему, что не взяли. Живой останешься.
Саша посмотрел на него своими голубыми, ясными глазами, вспылил:
-Отсидеться предлагаешь? Пусть, мол, другие воюют, а мы по домам попрячемся?! – в глазах его светилось злое осуждение. – Всё равно добьюсь своего! И ни за чьими спинами отсиживаться не буду!
И они разошлись в разные стороны. Остап тогда сказал Ане:
-Не понимаю, и чего все так на фронт рвутся? Неужели им это так нужно? Раз не вышли по возрасту так и сидели бы дома.
Аня остановилась, схватила его за рукав, резко дёрнула на себя.
-Ты что такое говоришь?! Ты хоть понял, что сказал? Сейчас вся страна поднялась на борьбу с ненавистным врагом. И наша задача, всеми силами и возможностями помочь разгромить эту фашистскую свору и освободить свою землю от насилия! Ведь ты же комсомолец, Остап! И предлагаешь отсидеться?! Сейчас и девушки на фронт рвутся, а ты, парень, струсил.
-Я не трус, - отрезал Остап.
-А как же ещё это назвать? – она посмотрела прямо в его глаза, увидела в них смятение. Он засмущался, опустил взгляд своих серых глаз вниз. Она отвернулась от него, отпустила его руку и решительно, не оглядываясь, направилась в сторону своего дома. Он не стал её догонять, остался на месте, смотря ей вслед.
В другой раз случилось так, что мальчишка не справился с лошадьми, и они у него понесли. Лошади неслись по дороге, за ними – громыхающая телега, в которой находился парень и пытался их остановить, но всё было тщётно.
На дороге, в пыли сидел маленький парнишка и палочкой что-то выводил на земле. О надвигающейся опасности он не знал, не подозревал, чем для него может всё закончиться. Но кони неслись прямо на него. Оставалось всего несколько метров между ними, когда Аня выскочила на дорогу и схватила пацанёнка. Лошади промчались мимо, телега едва не сбила с ног девушку, которая прижимала к себе спасённого ребёнка. Передала его выбежавшей из калитки женщине – матери ребёнка.
Взглянула на находившегося рядом Остапа – он был бледен, перепуган.
-Ну ты молодец, - заикаясь, вымолвил он. – Героиня. Но ведь они могли и тебя снести.
-А по-твоему, пусть лучше давят малое дитя?
-Я ведь ничего не говорю, - оправдывался парень.
 
С каждым днём они расходились всё дальше. А с приходом оккупантов в их город их дружбе пришёл конец. Вот как это произошло.
Первые дни все сидели по домам, на улицу старались не высовываться, выходили только по делу. Но Ане быстро это надоело. Выросшая практически на улице девушка, не могла сейчас сидеть дома, взаперти. Она начала выходить в город. Ей больно было смотреть на бесчинства, которые учиняют над местным населением немцы и их холуи – из русских и украинцев, которые подались на службу к «новым хозяевам».
А через какое-то время она начала замечать листовки, написанные от руки. Сначала их были единицы, но с каждым днём их количество росло. И тогда в ней начала зарождаться надежда, уверенность в будущем. Теперь она знала, как сможет помочь Красной Армии приблизить победу. Надо бороться здесь, в тылу у проклятых немцев! И всячески им вредить и изничтожать их у них в тылу! Где они полностью уверены в себе и своих силах. Считают себя полными хозяевами на этой земле, в Анином родном городе. Надо у них расшатывать эту уверенность, чтоб они, гады, опасались и боялись здесь находиться! И Аня начала мечтать найти авторов этих листовок и к ним присоединиться. С чего начать поиск, к кому обратиться? Девушка мысленно перебрала всех своих знакомых и остановила выбор на своём дяде, отце Ивана Дожирина, - коммунисте и работнике райкома партии.
При её словах он внимательно и изучающе смотрел на неё, словно не узнавая свою племянницу. Да, как быстро летит время, и как быстро взрослеют их дети! И его сын, и племянница, и их товарищи ещё вчера старательно выводили в своих школьных тетрадках буковки, учились, спорили о книгах, смеялись над незатейливыми шутками, играли. Были беззаботными детьми. Но вот нависла опасность над всей страной. И их дети из детства сразу шагнули во взрослую жизнь, - жизнь лишений, тягот и забот и уже далеко не детских. Его сын и его племянница были почти ровесниками, но между ними было мало общего. Они редко общались, хотя и хорошо ладили между собой. У них были разные компании. Она была шустрой, языкастой девушкой, за словом в карман не лезла. А его сын был стеснительным и робким в общении с девушками. И Аня своей неуёмной энергией и словечками частенько вводила его в краску. Он терялся, не знал, что ей ответить, как реагировать.
Сейчас Аня сидела напротив Фрола Игнатьевича, серьёзно на него смотрела и ждала ответа.
-Понимаешь, Анечка, я и сам-то не знаю, кто здесь оставлен, и кто ведёт работу. У меня нет никаких связей. Я сам их ищу. Как найду, сразу дам тебе знать. Через Ваню, - он немного помедлил и добавил:
-А ты пока подбирай надёжных проверенных людей, на кого можно полностью положиться и кому доверять можно как самому себе. Нам люди нужны будут.
И Аня приступила к поиску людей, мысленно перебирала всех своих друзей, знакомых. Подошла однажды и к Остапу с этим вопросом. Они устроились на поленнице дров во дворе у Юрко, подставив свои тела летнему жаркому солнышку. Вспоминали прошлое, довоенное, беззаботное время. На какое-то время наступило молчание.
-У нас немцы вчера поселились, - неожиданно сказал Остап. – Вредные такие. Весь дом заняли, а нас с мамой, Витькой, бабушкой и дедушкой в сарай выселили. Да ещё любезно так, словно услугу какую-то нам оказывая.
Аня взглянула на него.
-Как жить думаешь?
-А как жить? – удивился он. – Как жил, так и жить.
Девушка отвернулась от него, начала сосредоточенно отдирать кору у попавшегося под руки бревна. Тихонечко проронила:
-Сегодня в городе опять листовки видела. Да так хорошо, так складно в них написано! Призывают население к борьбе с завоевателями, фашистами.
Она помолчала, парень тоже молчал. Она вновь повернулась к нему.
-А ты хотел бы присоединиться к этим людям?
-Каким людям? – посмотрел настороженно на неё Остап.
-Ну к этим, - ответила девушка. – Которые листовки пишут, - она внимательно его разглядывала.
-Нет, что ты, - испуганно отшатнулся от неё парень. – Если поймают, знаешь, что за это будет?
-Понимаю, - грустно и разочарованно вздохнула девушка и опять занялась корой у бревна.
-Нет, нет и нет, - категорично заявил парень. – И тебе не советую!
 
* * *
Вскоре пришла недобрая весть. Арестовали Дожирина Фрола Игнатьевича и ещё очень многих коммунистов и бывших активистов города. Начали хватать прямо на улице подростков, тащить их в полицию и требовать, чтоб те работали на «новую власть», иначе грозили расстрелом или угоном в Германию. Чтобы избежать этого и остаться в городе, ребята начали устраиваться на работу. Устроился на завод и Анин брат Иван.
А ещё через какое-то время он сам пришёл к ним домой, дождался, когда Анина мама выйдет из комнаты и, стесняясь и отворачиваясь от девушки, сказал:
-Ты это, ещё не передумала?
-Чего? – бойко ответила она, раскладывая на полке этажерки книги.
-Разговор с моим отцом помнишь? – он мельком взглянул на неё.
-Помню конечно, - кивнула она. Наступило молчание. Он не знал, как дальше продолжить разговор, а она о чём-то сосредоточенно думала. Наконец поняла, чего от неё хочет брат. Подскочила к нему, присела рядом, заглянула ему в глаза.
-Так значит, ты пришёл ко мне по поручению своего отца? – бойко спросила она. Он засмущался её близости, встал с дивана.
-Да, - он сделал вид, что рассматривает книги на полке. Она тоже соскочила со своего места, обняла брата, закружила его в танце. Он еле вырвался от неё, ещё больше засмущался, порозовел.
-Ну а что ж ты молчал-то? Сразу ничего не сказал? – радостно заговорила она. Он ей не стал отвечать, достал из кармана сложенный в несколько раз лист, протянул его ей.
-Вот, - сказал он. – Надо переписать.
Она уже догадалась, что это запрещённая «новыми властями» листовка, только за хранение которой уже угрожал расстрел. Аня развернула листок, просмотрела текст на нём, её сердце радостно забилось.
-Ты умница! – она опять подскочила к брату, поцеловала его в щёку, он опять засмущался и густо порозовел.
-Перепишу и расклею, не переживай, - сказала она.
-С расклеиванием не торопись, - смущённо ответил он. – Пойдёшь вечером с Капуциничем.
-Как скажешь, - беззаботно пожала она плечами и направилась к своему столу.
-Ну я пошёл тогда? – неуверенно спросил он. Она кивнула ему головой. Все её мысли сейчас были только о том, что подпольщики ей доверяют и поручили уже первое задание. И она его старалась выполнить в лучшем виде и написать как можно больше листовок. А вечером они с Капуциничем их расклеят.
Игоря Капуцинича она хорошо знала, - это был лучший друг её брата Ивана. Шустрый, озорной и предприимчивый парень. Девушек он не стеснялся, обращался к ним так же как и к ребятам, не выделяя и не разделяя полов. И поэтому с ним общаться было легко и просто.
 
Мысль о мести.
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz