Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Козак Александр | Регистрация | Вход
 
Среда, 18.10.2017, 21:40
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Козак Александр
 
 
Из книги «ДЕТИ-ГЕРОИ».
Издание второе.
Составители И.К.Гончаренко, И.В.Махлин.
Киев, «Радянська школа» 1985
 
САША КОЗАК — СВЯЗНОЙ ЦК

Автор этого рассказа — Зинаида Васильевна Сыромятникова — в годы Великой Отечественной войны была связной Центрального Комитета Коммунистической партии Украины. Пешком, а порой и на самолете не раз пересекала она линию фронта, неся в тыл врага — подпольщикам и партизанам — важные задания партии.
Связными ЦК были коммунисты и комсомольцы, но среди них был и пионер — четырнадцатилетний Саша Козак. О юном герое — связном ЦК партии — рассказывает бывшая учительница, ныне персональная пенсионерка 3. В. Сыромятникова.

Саша был отчаянным футболистом и первым забиякой на Шулявке. Поэтому Киевская школа № 71, где он учился в шестом классе, не очень им гордилась. Правда, отметки у мальчика были неплохие, переходил он из класса в класс без троек. Но главным его увлечением был футбол. Саша без памяти гонял мяч. Мальчики каждой улицы — команда. Улица против улицы — матч. Возможно, Саша Козак стал бы известным футболистом, но началась война.
...Холодно. Суровая первая военная зима. Кроме холода, донимает и голод. А все в доме еще и ругают Сашку, потому что из-за него, разбойника, семья осталась в захваченном фашистами Киеве.
В начале сентября, когда родители собрали вещи, чтобы ехать с детьми на восток, Саша куда-то исчез. Без сына ведь не поедешь! Когда вернулся домой, измученный, ободранный, ехать уже было поздно: Киев захватили немцы. Родители впоследствии узнали, что их Сашка блуждал с такими же, как он сам, сорвиголовами по лесам, разыскивая партизан, чтобы вместе с ними бить чужеземных захватчиков.
Вздыхает отец — рабочий завода «Большевик» Сергей Серафимович Козак, плачет мать — Матрена Федоровна. Томится и Саша, сидя целыми днями дома. А куда пойдешь? Уже оббегал, пока снега не было, все леса и овраги, где шли бои. Сколько трофеев тайком от родителей в сарай понатаскал: и винтовки, и патроны. Даже автомат немецкий принес.
Уже насмотрелся Саша и на то, как расстреливали людей в Бабьем яру. И самого Сашку тогда чуть не убили. Видел на улицах мертвых рабочих с «Большевика». Всего насмотрелся. Когда вдруг товарищ, украдкой сообщил, что его хочет видеть тот высокий футболист из команды «Большевика», который лучше всех забивал голы.
Бывший футболист — начальник цеха завода «Большевик» Виктор Игнатьевич Хохлов встретил мальчика приветливо.
— Здорово, форвард! — сказал и, как равному, пожал Саше руку.
А потом у мальчика совсем голова кругом пошла. Такое сказал ему футболист, такое!.. Он попросил пионера Сашу перейти линию фронта, добраться до ЦК партии Украины и кое-что передать. Его просят! До сих пор Сашку еще никто не просил, все только командовали...
Саша, понятно, с радостью согласился. И узнал в этот вечер, что подпольщики Киева оказались в очень тяжелом положении, что им нужны рация, деньги, шрифт для подпольной типографии. И все это они просят немедленно прислать. Саша несколько раз разыскивал место на карте Киевской области, где подпольщики каждую ночь будут ждать самолет с Большой земли. И мальчик отправился в дальний путь.
В кармане пиджачка — метрика на имя Козака Александра Сергеевича, родившегося 18 сентября 1927 года в селе Степа-новке Киевской области. Это был его единственный подлинный документ. А все остальное, что мальчик должен рассказывать, если его задержат в дороге, станут проверять документы, спрашивать, куда он идет,— будет «легендой» связного киевских подпольщиков, которую придумал Виктор Игнатьевич Хохлов.
По этой «легенде», он, Сашка,— воспитанник детского дома, у него никого нет на белом свете, кроме сестры Ольги, которая живет в Курской области. Мальчик идет к ней, чтобы не умереть с голоду.
Саше везло. Приобретал в дороге опыт, как находить подход к людям. Все жалели голодного, но веселого мальчика. Вскоре он добрался до Конотопа. Уже и Путивль позади, а там и Сумы, где-то правее Белгород... На каждом шагу немецкие патрули, солдаты. Чувствуется: фронт недалеко.
Спросил одного прохожего:
— Дяденька, как пройти на Прохоровку?
Тот удивленно глянул на тоненького, измученного мальчика в стоптанных валенках.
— А чего тебе там надо? Там бои, фронт.
— К сестре иду. Кушать хочется...— заплакал Саша, да так непритворно, будто уже и сам верил в свою «легенду», что где-то поблизости находится его родная сестра.
Ой, смотри, убьют...
Двадцать семь дней прошло с тех пор, как Саша вышел из Киева, и вдали замаячили хаты Прохоровки.
Но тут не повезло: Сашу задержал патруль, повел в комендатуру.
— Большевистский выродок! — закричал на мальчика комендант и не захотел слушать про сестру, не поглядел и на метрику. Приказал бросить Сашу за решетку.
Сидит в подвале посланец Киевского подпольного горкома партии. Не жизни своей жаль, а того, что не сумел выполнить задания Виктора Игнатьевича. Сидит и горькую, не детскую, думу думает: как на волю вырваться!
Рядом с Сашкой — такой же, как он, мальчишка. Только Сашу почему-то не таскают на допросы, не бьют. А того пытают, добиваются, чтобы признался, почему крутился возле немецких окопов, кто послал?..
Залитого кровью после допросов вбрасывают в камеру мальчишку, а он молчит. И только когда понял, что не выйти ему из застенка, доверился Сашке: он советский разведчик, послал его командир узнать о расположении вражеских укреплений, но вот не удалось, попался.
— Запомни, Сашка, Мазалов моя фамилия, Анатолием звать. Расскажи товарищам, как погиб Толька Мазалов, погиб, но не предал...
Как родные братья, пролежали мальчики последнюю ночь на холодном полу. Не спали — рассказывали о своей короткой жизни, о друзьях, о мечтах, которые не успели осуществить. Утром пришел в камеру полицейский, скрутил проволокой Анатолию руки за спиной и потащил на улицу...
Ох, Толик, Толик! В эту ночь, в это утро будто на двадцать лет повзрослел Сашка. Понял, что ему теперь во что бы то ни стало надо вырваться на волю, заменить Анатолия Мазалова, выполнить и его, и свое задание. Словно настоящий актер, начал Сашка приставать к охранникам:
— Дяденька, не привык я даром хлеб есть. Передайте начальникам, что прошу послать меня на работу, пусть на самую трудную...
Прошел день, другой, и Сашу действительно погнали с военнопленными на работу.
Работает Сашка, а в голове одна мысль — о побеге. Удалось. Старик, который на кухне работал, помог. Бежал мальчик. А когда проходил через город Обоянь, увидел посреди площади развесистое старое дерево, все в весеннем цвету. А на ветке Толя Мазалов, друг, висит! Рядом с ним дед качается, который с ними в одной камере сидел.
Кончался март. Больше месяца просидел Саша в тюрьме. Надо спешить. Старик не только бежать помог, но и рассказал, как через линию фронта перейти...
Вовек этого не забудет Сашка: овраги, прифронтовые овраги, наполненные трупами! Среди мертвецов полежит Сашка, будто убитый, пока трассирующие пули над головой пролетят, а затем снова бежит или ползет по-пластунски к лесу, где свои. Там он должен сказать пароль, который дал ему товарищ Хохлов: — Я — «пропуск номер десять». Передайте в политотдел армии, что пришел «пропуск номер десять»...
Дожил Сашка до желанной минуты, когда он смог прошептать человеку с красной звездочкой на фуражке слова пароля.
Наконец добрался Саша Козак до ЦК Компартии Украины и доложил все, о чем просил Виктор Игнатьевич Хохлов. По адресам, которые сообщил Саша, в Киев была послана помощь, а сам Саша остался на некоторое время в Ворошиловграде, где тогда находился ЦК Компартии Украины. Мальчик отдыхал и готовился к новому заданию.
5 сентября 1942 года на оккупированной территории, вблизи села Юрчевка на Харьковщине, самолет с красными звездами на крыльях сбросил двух парашютистов. Одним из них был Саша Козак, которого в ЦК партии теперь величали Александром Сергеевичем.
Документ, полученный Сашей,— ленточка, зашитая в подкладке,— свидетельствует: Александр Козак — связной ЦК КП(б)У, доверенный начальника Украинского штаба партизанского движения Тимофея Амвросиевича Строкача.
В руках у Сашки наган. Пусть только сунется хоть один фашист!
Приземлился благополучно: не испугало Сашу, что он очутился один среди черного поля. Товарищ, с которым он прыгал с самолета, приземлился где-то в другом месте. Друг друга не искали, так как задания у них разные и путь лежал в разные стороны.
Мальчик спрятал в яму парашют, забрался под стог сена и заснул. Хорошо выспавшись, на рассвете поел хлеба с колбасой, которые не забыл захватить в Москве, вынул из кармана наган. Теперь держать его при себе было, конечно, опасно. Разобрал на части, разбросал по полю. На всякий случай Саши оставил себе только нож и направился в село, видневшееся вдалеке.
И вот он на платформе немецкого эшелона. Последняя платформа — пустая, ее никто не охраняет. Вскочил на нее, забился в уголок. Едет. Местечко укромное. Даже задремал. Вдруг увидел, что прямо к нему направляется железнодорожный жандарм. Откуда он взялся во время движения на пустой платформе?..
— Документ! — крикнул жандарм.
— Ой, дяденька! — завопил Сашка не своим голосом.— Хорошо, что вы пришли. Вон там что-то треснуло. Беда... Как бы аварии не случилось...
— Показывай! — и жандарм направился за мальчиком.
— Вот, посмотрите!
Жандарм наклонился к краю. Сашка размахнулся, будто предстояло ему бить пенальти. Удар — и только ноги в воздухе мелькнули. Даже вскрикнуть не успел... Недаром Сашку считали лучшим нападающим в команде Шулявки!.. После этого уже без всяких приключений он добрался до Киева.
Золотом переливалась под теплым осенним солнцем листва киевских парков, когда Александр Козак опять появился на родной Третьей Дачной. Но передать задание ЦК было некому. К тому времени уже погиб Виктор Игнатьевич Хохлов. Прошло немало дней, пока удалось мальчику напасть на след Киевского подпольного горкома партии.
...Учитель истории Николай Степанович Король, которого трудная военная судьба забросила в оккупированный фашистами Киев и сделала подпольщиком, с волнением шел в скверик на улице Чкалова на встречу с представителем ЦК партии, прибывшим с Большой земли.
Король на месте встречи. А представителя ЦК почему-то нет. Николай Степанович волнуется: «Неужели опять предательство, опять провал?»
В скверике безлюдно. Только на одной скамейке дремлет худенький мальчик. Время от времени он поднимает голову и рассматривает Короля, который в одиночестве прогуливается по аллее. «Что нужно здесь этому голодранцу? — думает Король.— Не иначе—шпик».
Но мальчик вдруг встал и подошел к нему.
— Дяденька, вы не скажете, какой сегодня день? Случаем, не среда?
— Ты что, не выспался? Сегодня пятница, — ответил на пароль удивленный Николай Степанович.
— А как пройти на Крещатик, не покажете?
— Тебе кланялась Валя, — механически ответил Король и не выдержал, с тревогой спросил: — А где же представитель ЦК? С ним что-нибудь случилось?
— А что могло с ним случиться? Это я сам и есть,— лукаво улыбнулся Сашка и облегченно вздохнул.
Николай Степанович растерянно смотрел на мальчика. Может быть, и вправду все это гестаповская ловушка? Но как же пароль?!
Тем временем представитель ЦК взял взволнованного учителя под руку, посадил на скамейку, сел рядом и по-взрослому заговорил:
— У меня времени в обрез, я должен уже возвращаться в ЦК партии. Слушайте, что мне поручено передать киевским подпольщикам. Вы должны немедленно заняться организацией партизанского отряда. Свяжитесь с Житомирским, Черниговским, Каменец-Подольским и Винницким подпольем. Пусть дадут людей, оружие, все, что необходимо для партизанского отряда. Запомните адреса, пароли... — и начал медленно диктовать.
Когда Король несколько раз тихо все повторил, Саша продолжил:
— Задание: чтобы через станцию Шепетовка не прошел ни один немецкий эшелон. Товарищи также просили активизировать действия, в частности, разбрасывайте как можно больше листовок. Население должно знать, что делается на Большой земле, на фронтах. Если у вас нет рации, укажите место, куда ее сбросить с самолета.
Король внимательно и удивленно слушал Сашу. В руках у мальчика появилась миниатюрная топографическая карта.
— Карандаш есть? Отметьте места, где у вас есть свои люди, куда лучше всего сбросить рацию... Вы не беспокойтесь, я понимаю... Только разберусь — и сразу уничтожу...
Николай Степанович внимательно рассмотрел карту.
— Вот тут, наверное... В сорока километрах от Киева по направлению к Житомиру, вблизи села Нежиловичи высотка, у речки, в стороне от дороги... Наши там рыбачат ночами. Заметят самолет — разожгут костер. И оружия нам немного не помешало бы сбросить...
За оградой сквера появились два полицейских.
— Пошли! — весело похлопал по плечу представителя ЦК Николай Степанович.— Дольше здесь оставаться опасно.
...Через несколько месяцев, когда Александру Козаку удастся снова перейти линию фронта и добраться до Москвы, где тогда находился ЦК Компартии Украины, он обо всем этом доложит секретарю ЦК КП(б)У Демьяну Сергеевичу Ко-ротченко, который руководил подпольной борьбой на Украине.
За успешное выполнение заданий Киевского подпольного горкома партии и ЦК КП(б) У и проявленные при этом героизм и отвагу пионер Саша Козак был удостоен ордена Отечественной войны II степени, а за активное участие в 1945 году в разгроме японских милитаристов 18-летнего сержанта Александра Козака наградили орденами Красного Знамени и Красной Звезды.
Мастером «золотые руки» называют Александра Сергеевича Козака в Киевском производственное объединении «Точэлектроприбор», где бывший связной ЦК КП(б)У трудится уже не один десяток лет.
 
З. Сыромятникова
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz