Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Ржевская О.Д. | Регистрация | Вход
 
Суббота, 16.12.2017, 21:41
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Ржевская Ольга Дмитриевна
 
 
 
Из книги «ГОВОРЯТ ПОГИБШИЕ ГЕРОИ».
Четвёртое, исправленное и дополненное издание.
Москва, 1973
 
ПИСЬМО ПАРТИЗАНКИ-РАЗВЕДЧИЦЫ О. Д. РЖЕВСКОЙ РОДНЫМ
22 февраля — 6 апреля 1943 г. (Датируется по времени написания отдельных частей письма. – Авт.)
 
Ржевская Ольга Дм(итриевна). 20 лет.
Оболоновец, Мутищенский с(ельский) с(овеет), Ельнинского района.
Погибла 27/II—1943 г. (За связь с партизанами.)
 
Кто найдет, сообщите родным.
Мама, этот адрес я еще писала в С(пас)-Деменске и но­сила косыночку, а оказывается, она принадлежит для письма Вам. Прощайте, все родные.
О. Ржевская.
 
Здравствуй, милая мама.
Привет от дочки Ольги. Мама, родная, на сегодняшний день, т. е. 6 марта, два месяца, как я не вижу свободу, но это все ерунда. Мама, милая, ты, наверное, слыхала, что из Ельни мы 11 января были направлены в Спас-Деменск. Допрос закончился 14 января, а все следствие и моя роспись было закончено 23 января. После следствия по 27 февраля были все время в Спас-Деменске. 27 февраля была направлена в Рославль в тюрьму, где и нахожусь на сегодняшний день. Не знаю судьбы о тебе, но предполагаю, что встреч с тобой, милая мамочка, больше нет и не ждать. И только, мама, отмечай тяжелый день нашей разлука и прощаний. Это 10 января 1943 г. (воскресенье), когда пришлось покинуть родную деревню и тебя, милая мама.
Милая мама, прошу я тебя только одно: обо мне не бес­покойся, береги свое здоровье. Меня ты не вернешь, а здо­ровье потеряешь. Ведь ты одна, надеяться не на кого. Воз­можно, когда и дождешься Дуси. Возможно, она счастли­вее меня, а мне, мама, наверное, суждено погибнуть в Рославле, хотя и я в С(пас)-Деменске думала умереть...
Мама, еще раз прошу: обо мне не беспокойся — своей судьбы не избежишь. А мне, наверное, суждено так. Мама, милая, я сейчас только с Ниной, всех трех, которые были с нами забраны, их от нас взяли еще 14 февраля, и для нас неизвестно куда, домой или еще куда.
Милая мама, описывать интересного нет ничего, а мне сейчас хотелось бы услыхать хотя одно словечко о тебе, милая мама, и о всех своих родных, а потом бы умереть спокойно, а то, мама, мне моя судьба известна давно, но жаль мне тебя, милая мама...
Мама, передай привет тете Лене и детям ее Дусе, Вале, Коле, тете Наташе и Наде, и Кате, и всем родным и зна­комым. Мама, милая, писать кончаю и еще раз прошу, не беспокойся, не одна я такая, нас очень много... Милая моя, родная, еще раз с приветом дочка Оля.
Сегодня месяц ареста.
Мама, а вдруг бы переменилась обстановка и я бы вер­нулась к тебе, как бы мы были счастливы. Но нет, мама, в жизни чудес не бывает. Одно прошу, не беспокойся, бе­реги свое здоровье и не жалей ничего...
 
Мама, я на апрель месяц составила календарь, прожи­тый день мною зачеркиваю.
 
Ольга Дмитриевна Ржевская — 20-летняя партизанка-развед­чица из полка имени Лазо. На рассвете 6 января 1943 года она попала в руки к фашистским палачам. Каратели застали ее боль­ной в доме матери в маленькой смоленской деревушке Оболоновец. Несмотря на то что она была без сознания, солдаты потащили ее на допрос. Промучив четыре дня и не добившись ни слова, фашисты отправили Ольгу в город Ельню, а затем в Спас-Деменск.
Потянулись тяжкие тюремные будни, ежедневные допросы и издевательства. Ожидая расстрела, Ольга написала на косынке: «Погибла 22 февраля». Потом поправила: «23 февраля». Затем эта дата вплоть до 27-го ежедневно исправлялась.
27 февраля Ольгу перевезли в рославльскую тюрьму, и счет дням жизни пришлось начать снова. Каждый день водили боль­ную Ольгу на допрос. Однажды утром ее вывезли во двор и поста­вили у виселицы.
— Теперь можешь говорить все! — сказал офицер. — Через ми­нуту ты умрешь.
И она сказала:
— Я, русская девушка Ольга Ржевская, член Ленинского ком­сомола и партизанка, ненавижу вас всем сердцем. Я боролась с вамп, как могла. И нас много. Горели и горят ваши склады, гибнут солдаты и офицеры, портится связь — здесь есть моя работа. Жаль, что сделала мало. Но за меня отомстят. Скоро придет Красная Армия, тогда...
Удар офицерского сапога вышиб из-под ног табурет. Ольга повисла... Но и это было еще не все. Девушку вынули из петли, вернули к жизни, чтобы через несколько дней расстрелять.
Публикуемое выше письмо написано в тюремной камере в пе­рерывах между допросами. Письмо написано мелким почерком карандашом на белой шелковой косынке. В углу ее имеется календарь на 30 дней апреля 1943 года. Зачеркнутыми оказались лишь первые 6 дней. Косынка хранится в Центральном музее Советской Армии (инв. № 4/21187), письмо опубликовано в газете «Комсо­мольская правда» 30 декабря 1943 года.
 
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz