Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Глава 28. | Регистрация | Вход
 
Воскресенье, 19.11.2017, 06:24
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Глава 28.
 
Наташу Помялову в срочном порядке пришлось заменять другой артисткой в спектакле. Стихи, которые она читала, отложили до следующего концерта. Сейчас она, конечно, выступать не могла.
На следующий день после освобождения Наташи Помяловой в доме у Теплоухова в полуподвальчике (где хранятся овощи на зиму, а ныне была расположена и типография организации) состоялось очередное заседание штаба, на котором кроме самих членов штаба присутствовали Толя Петров, Марина Антипова и кое-кто из девушек-связных. Не было только Коли Мельника и Жоры Обухова, которые выполняли в это время каждый своё задание. На повестке дня рассматривался вопрос о приёме в комсомол активных членов организации.
-Смотрите, уже готова первая партия временных комсомольских билетов! – с воодушевлением говорил Игнат, показывая ребятам образцы готовых напечатанных на станке на твёрдой бумаге комсомольских билетов.
-Здорово, - похвалила Густа, взяв один экземпляр в руки и разглядывая его.
-Густа, возьмёшься за это? – спросил Игнат.
-Конечно!
-Ребята, давайте наметим, кого будем принимать в первую очередь! – вдохновенно говорил Олег.
-Ну, я думаю, - вступил в разговор Михаил Струнный, - против кандидатур Паши Каризо и Наташи Помяловой никто возражать не будет?
-Нет, конечно, - заговорили ребята.
-Лена, а ты в комсомоле? – спросил кто-то Данилову.
-Нет, не успела, - потупившись, ответила она.
-Вот и ещё один кандидат для вступления в ряды ленинского комсомола, - заключил Ванич. – Толя, а ты?
-Я перед оккупацией успел вступить…
-Ребята, давайте пока троих примем, а потом ребята сами потянутся, - сказал Игнат. Все его поддержали
-Ребята, - через какое-то время заговорил Пашка, - я предлагаю отомстить за Наташу. Нельзя, чтобы Печечкину всё сошло с рук! – резко говорил Павел.
-Это ясно, - поддержал его Михаил. – Но как это сделать?
-Лучше убрать Карилова, - внесла свои коррективы Густа. – Так Наташа советует. От него, говорит, гораздо больше вреда советскому народу, чем от Печечкина.
-Да, - подтвердила Марина. – Вы бы видели, как он её разукрасил. Жуть!
-Это тот ещё гад, - поддержал Юра Каменщиков. – Вера даже говорить не хочет о том, что там с людьми эта скотина творит. Как их мучает, - зло сказал он и сплюнул сквозь зубы.
-Да и с Печечкиным договориться легче если что. У Козырева к нему есть подход, - согласился Игнат.
-Так кто за то, чтоб убрать Карилова? – поставил вопрос на голосование Михаил.
Все подняли руки.
-Единогласно, - заключил он.
-Но как мы это сделаем? – задался вопросом Олег. На него все удивлённо посмотрели.
-Нож в спину и все дела! – ответил за всех Пашка.
-Нет, ребята, здесь надо как-то по-другому, - заговорил Олег. – Чтоб он понял, гад, перед смертью!
Все задумались.
-Он ведь у Барыкишны меняет вещи? – неуверенно начала Густа. У Пашки загорелись глаза:
-Ребята, я знаю, как это сделать! Есть у кого-нибудь старое пальтишко?
-Зачем тебе? – удивились все.
-Чтоб меня не узнали, - и он со всеми поделился своим планом. – Листовок только надо побольше!
-Да листовки не проблема, - успокоил его Игнат. – Сейчас же и отпечатаем их в любом количестве!
-У меня вот ещё что есть, - Густа достала несколько карикатур - на бургомистра, коменданта, начальника жандармерии, полицейских. Ребята с интересом начали их рассматривать, посмеялись от души.
-Густа, а ты где их взяла? – спросил Михаил. -Это сейчас не проблема, - пожала она плечами.
Игнат тем временем уже сортировал их.
-Вот это не надо, на заборах повесь. Только при себе не держи, мало ли что, - вернул ей карикатуры на Печечкина и других полицаев. – А вот эти очень даже могут сгодиться! – и он добавил к кипе листовок карикатуры на Зюгеля и других высших чинов немецкого командования.
-К этому всему ещё и записку добавить было бы неплохо, - заметил Юрий, кивнув головой в сторону листовок и карикатур. – Образец с почерком Карилова может Вера достать.
-А какого содержания будет записка? – спросил кто-то.
-Ну, например, что он готов служить советской власти.
-Нет, не поверят, только дело испортить можно, - сказал Илья.
-Да и Веру подставлять не стоит, - подтвердил Михаил.
-И этого хватит! – глаза Пашки сияли, он зло усмехался.
-А с Пылиной что будем делать? – подала свой мягкий тихий голос Марина.
-А что с Пылиной? – не понял Михаил.
-Надо бы тоже ей отомстить, - предложила Марина.
-Сколько ещё нашего народа заложит эта стерва! – поддержала Марину Лиза Фролова.
-Её тоже подставить? – не понял Пашка.
-Нет, - заговорила Густа, - думаю, что просто убрать.
-И табличку повесить, чтоб народ знал за что! – говорила Лена Данилова.
Ребята переглянулись, примолкли, что-то обдумывая.
-Я с девчатами не воюю, - сказал Олег.
-У меня рука на девушку не поднимется, - согласился с ним Илья.
-Ну а ты, Паша? – с надеждой посмотрела на него Густа. Тот только, раздумывая о чём-то, помотал головой.
-Эх вы, хлопцы ещё называетесь! Струсили? – гневно заговорила Лизка.
-Да ничего мы не струсили, - заговорили наперебой парни.
-Ничего, девушки, - сказала Густа. – Сами с ней справимся?
-Конечно, справимся! – подхватила её Лена.
-Девчата, только до окончания операции с Кариловым Пылину не трогайте, а то испортить всё можно, - предупредил их Струнный.
На том и разошлись. А днём Карилов со свёртком в руках подошёл на рынке к Барыкишне (так её называл народ из-за её жадности, скупости и желания всё продавать, наживаясь при этом. Народ её недолюбливал, но из-за безвыходного сейчас положения приносил ей свои вещи в обмен на немецкие марки, продукты или другие необходимые вещи), они о чём-то переговорили, она взяла его свёрток. Но в это время к ней подошла женщина, заговорила с нею, та отвлеклась, отодвинув свёрток Карилова на край прилавка. Тут подскочил к ней невысокий подросток в старом грязном залатанном пальтишке, изрядно поношенной шапке-ушанке на голове (несмотря на жару), схватил свёрток, который оставил Карилов, и побежал с ним вдоль рядов.
-Украли, украли! – заверещала Барыкишна.
-Что украли? Кто украл? – подскочили к ней полицейские.
-Вон, - она ткнула пальцем в сторону удаляющегося парня в старом грязном пальтишке. А он в это время бросил свёрток и сиганул через ближайший забор.
Подскочил Карилов.
-Что украли? Моё?
Торговка ему кивнула головой.
-Ах, мерзавцы! – гневно воскликнул он.
-Да вот, возьмите, - принесли ему свёрток полицейские. Он начал его разворачивать, чтоб убедиться, всё ли на месте, и… наткнулся на кипу листовок, сверху которых лежала выразительная и похожая на оригинал карикатура бургомистра города. В это время рядом проходил Зюгель со своей свитой. Бросил взгляд на лежавшую сверху карикатуру, взял кипу листков, просмотрел их.
-Чьё это? – говоря по-немецки, гневно обратился он к торговке.
Та слов его не разобрала, но поняла по озлобленному выражению лица, по голосу, что ей может угрожать опасность. Кивнула в сторону Карилова. Зюгель не стал разбираться – и Барыкишну, и Карилова повели в жандармерию.
Допрос происходил в той самой камере, в которой любил пытать людей Карилов. Допрашивал его сам Зюгель со своими помощниками, рядом за столом сидела Вера Каменщикова и переводила. Она зло и торжествующе смотрела на избитого, истерзанного, всего в крови Карилова и в душе ликовала, радовалась. Впервые без содрогания она находилась в этом ужасном помещении. Да если даже Карилову и поверят и оставят в живых - всё равно это стоит того! Наташка уже отомщена! С удовлетворением она смотрела на то, как перед ней мучают человека.
-Чьи листовки? – орал Зюгель.
-Не мои, - пытался его уверить Карилов.
-Как у тебя оказались?
-Не знаю. Я вам верой и правдой служу. Я ненавижу Советы. Я же ваш верный слуга, - пытался уверить жандармов Карилов. Но Вера переводила не всё, что-то не договаривала, при возможности вставляла слова, уличающие Карилова. Зло ему ухмылялась и при этом ещё могла улыбаться Зюгелю.
Карилову не поверили. Расстреляли в лесу в балке на рассвете. Люди могли спокойно вздохнуть, избавившись от этого злодея.
Под вечер к Жанне Пылиной подошли три девушки, двух из них она знала – Густу Цаплину, сестру Помяловой, и Лену Данилову. Третью девушку, с длинной толстой косой, перекинутой на грудь, она видела впервые. Место было безлюдное. Девушки поздоровались с ней, окружили. По их интонации голоса и лицам она поняла, что остановили её не для дружеской беседы. Но отступать было некуда, её окружили и не выпускали. Она прижалась спиной к ближайшему дереву.
-За предательство, за боль и страдания Натальи Помяловой, - начала говорить Густа, стоявшая прямо перед ней (остальные расположились по обе стороны от неё). Жанна попыталась вырваться от них, убежать, но та, что с косой, крепко схватила её за локоть и зло прошипела:
-А ну стой, не рыпайся!
-…От имени всего народа и от имени нашей организации, - продолжала Густа, - ты приговариваешься к смертной казни!
В руке Густы показался пистолет, направленный на неё. Она упала на колени перед девушками.
-Пощадите, - только и успела выдавить Жанна. Раздался выстрел.
Густа, нацелившись в лоб Пылиной и нажав на курок, вздрогнула, отбросила пистолет в сторону, глядя на то, как стоявшая только что перед ней девушка, живая и здоровая, сейчас оседает на землю. Неужели она смогла убить человека?!
-Что будем делать с ней? – растерялась Густа.
-Пока в кустах спрячем, дальше парни сами разберутся, - сказала Лиза Фролова, подбирая с земли откинутый Густой пистолет.
Лена Данилова в это время пыталась оттащить Пылину в ближайший кустарник.
-Помогите мне, - прошептала она. – Давайте скорее, сейчас здесь полиция будет.
Втроём они спрятали тело Пылиной в кустах, прикрыли его зелёными ветками.
-Всё, уходим, - говорила Густа. Издалека послышался топот и свист.
-Ленка, ты чего? – приостановилась Лиза возле Лены Даниловой, склонившейся над землёй, ту начинало мутить. – Не время сейчас. Потом, Лена, уходить надо. Пошли, - говорила Лиза, увлекая подругу за собой. Через какое-то время девушки остановились, прислушались – погони нет.
-Я сейчас, - сказала Лиза, исчезая в кустах. Лена с Густой переглянулись, неужели они это сделали? Но радости они почему-то не ощущали, на душе было тяжело. Через некоторое время вернулась Лиза Фролова со словами:
-Всё в норме, не обнаружили. Давайте по домам.
-Густа, - остановила её Лиза, - не надо разбрасываться оружием, - назидательно сказала она. – Держи его при себе, - и отдала ей пистолет со словами:
-На, спрячь его подальше.
-Это не мой. Вернуть надо, - ответила Густа.
-Кому?
-Пашке.
-Ладно, я его ещё увижу сегодня, передам, - сказала Лиза, пряча пистолет в складках своей одежды.
Девушки разошлись. Через какое-то время здесь же в парке Лиза Фролова встретилась с Пашей Каризо и Толей Петровым…
А наутро на центральной площади рынка люди увидели на столбе висевший труп совсем молоденькой девушки с табличкой на груди: «Так будет со всеми предателями и доносчиками советского народа». И подпись: «Борцы за Родину».
 
Глава 29.
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz