Героям Сопротивления посвящается...
Главная | Евгения Кийкова | Регистрация | Вход
 
Среда, 23.08.2017, 18:44
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Евгения Кийкова
(1923 - 1943)
 
 
"МОЛОДАЯ ГВАРДИЯ". ДОКУМЕНТЫ И ВОСПОМИНА­НИЯ О ГЕРОИЧЕСКОЙ БОРЬ­БЕ ПОДПОЛЬЩИКОВ КРАСНО­ДОНА В ДНИ ВРЕМЕННОЙ ФАШИСТСКОЙ ОККУПАЦИИ (ИЮЛЬ 1942—ФЕВРАЛЬ 1943 гг.)
 
Е. И. КИЙКОВА
 
Евгения Ивановна Кийкова родилась 23 июня 1923 года в городе имени Парижской Коммуны Ворошиловградской области. В 1931 году пошла в первый класс паркоммуновской фабрично-заводской семилетки. В 1935 году семья переезжает в поселок Краснодон и Женя продолжает учебу в школе № 22.
В марте 1940 года Женя вступила в комсомол. Общительная и веселея, она участвовала во всех школьных мероприятиях, пользовалась любовью первоклассников, будучи их вожатой.
Женя мечтала стать капитаном дальнего плавания, но началась война. Окончив девять классов в 1942 году, де­вушка ходит в госпиталь, помогает раненым.
В период оккупации Краснодона Женя вступает в «Мо­лодую гвардию». Рекомендовал ее Николай Сумской. По поручению штаба расклеивала листовки, портила провода фашистской связи, заражала клещом зерно, предназначен­ное для отправки в Германию.
В первых числах января 1943 года Женю арестовали, расстреляли и сбросили в шурф шахты № 5. Похоронена в братской могиле молодогвардейцев в поселке Красно­доне.
 
Зажеч свечу
 

 
Фотографии из семейного альбома Сулейманова Владимира Михайловича:
 
 
 
Женя в 3-м классе (1933 г.)
 
 
 
Из семейного архива Сулейманова Владимира Михайловича:
 
ЕВГЕНИЯ КИЙКОВА
 
Природа щедро одаривает юность естественной привлекательностью и очарованием. Вот и Женя, не отличаясь броской внешностью, по-своему была симпатична: блондинка с голубыми глазами, темными бровями, открытым лбом. Среднего роста, красивая тонкая фигура. Стрижена под мальчика, хотя когда-то носила две длинные косы. Одевалась со вкусом. Спокойная, уравновешенная, немного застенчивая, но в себе не замыкалась. Играла на гитаре, немного пела, увлекалась рукоделием: шила, вышивали, вязала. Росла болезненным ребенком, часто пропускала школьные занятия, из-за чего потеряла целый год и в четвертый класс пошла повторно. Может быть, эта болезненность каким-то образом сказалась и на ее характере, развив некоторую неуверенность и стеснительность, но отнюдь не бесхарактерность. Поражает одно удивительное высказывание ее одноклассницы, Людмилы Лифаненко: «Какая она молодец! Несмотря на свое слабое здоровье, вступила в подпольную организацию и боролась с врагами». Значит, для столь мужественного поступка у нее было достаточно духовных сил. Их хватило и для того, чтобы впоследствии справиться со своими физическими недугами, подтянуться в учебе, быть очень активной в жизни. Именно об этом свидетельствуют воспоминании близких, родных и хорошо знавших ее людей Большим событием в жизни Евгении, как, впрочем, и всех ее современников, стало вступление в комсомол. У нее был прекрасный пример ее тети, Екатерины Сергеевны Сулеймановой, комсомолки 20-х годов, настоящей, бескорыстной женщины, которой она гордилась. Однажды учитель Игнат Ефимович Радченко случайно стал свидетелем беседы девочек-девятиклассниц. Женя с восторгом рассказывала подругам о своей тете: какая она заботливая, чуткая к чужому горю, только мы знали, что значительную часть своего заработка она, как правило, тратила на остро нуждающихся людей, независимо от того, знакомые это или нет. Женя очень любила свою маму, Елену Никифоровну, могла говорить с ней обо всем, даже о своих тайнах. А с тетей Катей разговоры были иными: о том, как 14-летняя Катя вступила в комсомольскую ячейку, как много хороших и интересных дел совершали первые комсомольцы: обучали людей грамотности, устраивали субботники, разбили парк. А на собраниях с присущей молодости категоричностью пытались безотлагательно решить все насущные и нерешенные вопросы, касающиеся жизни её земляков. Поэтому именно к Екатерине Сергеевне Женя пришла за советом по «очень серьезному делу». «Разве я могла отговаривать?» - вспоминала Екатерина Сергеевна. - Я сказала лишь, что это серьезный шаг. На комсомол нельзя смотреть просто так: сегодня вступлю, а через месяц, если не понравится, уйду. Посоветовала ей хорошенько подумать и решить, как подскажет совесть». В марте 1940 года Евгения получила комсомольский билет. Она всегда дорожила им, берегла. Он сохранился до наших дней. Впоследствии Елена Никифоровна рассказывала, как это произошло: «В дни оккупации Женя носилась со своим комсомольским билетом, клала в железную коробочку, прятала в землю, опять отрывала - в земле сыро, боялась, чтобы не истлел, потом положила в нижний ящик комода. Я увидела и отнесла к соседке. Так он и сохранился». Столь же ответственно Женя отнеслась и к первому комсомольскому поручению. Ее назначили вожатой к первоклассникам. Она обожала малышей. В семье была единственным ребенком, и заботиться было не о ком, а очень этого хотелось. Дружила с двоюродным братом Владимиром, тот в ней души не чаял. «Для Вовки ничего не нужно, лишь бы Женя была с ним, - вспоминала Екатерина Сергеевна. - Хотя она и старше на 9 лет, всегда находила, о чем поговорить. Правда, трудно было понять, серьезно говорила или шутила. Оба были большими фантазерами, кем только не мечтали быть, куда только не собирались уехать учиться». Кстати, «Вовка» - Владимир Михайлович Сулейманов - смог осуществить свою мечту и стать врачом, и не просто врачом, а талантливым хирургом, которому благодарны тысячи краснодонцев. Справилась ли Женя с новыми обязанностями? Наверняка, да. Говорят, дети приносили ей цветы, значит, признали свою вожатую. Школьная жизнь шла своим чередом: уроки, занятия в кружках, репетиции, иногда субботники, собрания, работа с подшефными классами - в общем, дел всегда хватало. В школе объявили о том, что для детей Испании собирают посылки. Откликнулись все. Женя связала баядерку, сшила юбочку, кофточки, при этом сказала матери: «Только хотела бы посмотреть на ту девочку, которая будет это носить, какая она». Война: Казалось, она была далеко от родного поселка, и внешне будто бы ничего не изменилось: продолжались каникулы, хватало работы дома, а вечерами все также собирались друзья и гуляли в парке. Только говорили уже совершенно о другом: кого-то из знакомых или родных призвали в армию, кому-то прислали из военкомата повестки. «А что же мы?» Но вскоре были востребованы и школьники. Их послали на работу в колхоз. Вместе оказались одноклассницы-подруги Женя Кийкова, Тоня Дьяченко, Нина Кезикова, Надя Петля. Работали у комбайна, сгребали солому. Соломенная пыль забивала нос, горло, глаза. В первый день настолько устали, что, даже не ужиная, легли спать. «Работа была тяжелая, - рассказывала Люся Лифаненко. - Нина Кезикова всегда нас подбадривала, говорила, что на фронте труднее, чем нам. Потом все втянулись, и уже вечером выступали перед колхозниками, пели, танцевали, декламировали стихи. Новый учебный год начался в маленькой пристройке, а в основном здании школы разместилась летная часть, создавался госпиталь. К учащимся обратились с просьбой помочь собрать у населения посуду, утварь. «Женя, Тоня, Нина и я ходили вместе, собрали больше всех тарелок, ложек. А когда стали поступать раненые, мы дежурили в госпитале» (Л. Лифаненко). Старшеклассники шефствовали и над воинской частью, размещавшейся недалеко от поселка. «По шпалам мы маршировали к ним, всегда с новыми песнями, на ходу репетируя. Тоня с Женей хорошо пели про девушку в солдатских сапогах. Я никогда не забуду эту мелодию, а вот слова забыла. Солдаты обычно просили песню повторить». Текст этой популярной в те времена песни мы обнаружили в «Альбоме для стихов и песен» Антонины Дьяченко. По-видимому, и для девушек - исполнительниц она была по душе. Их привлекал образ женщины-воина. Он не казался им противоестественным, а, наоборот, необыкновенно возвышенным и прекрасным. И сами они были не прочь перевоплотиться в него.
А рядом с нами в кожаной тужурке,
В больших изодранных солдатских сапогах
Шагала бодро женская фигура,
Шагала девушка с винтовкою в руках.
Девчонкам из поселка Краснодона не пришлось шагать в солдатских сапогах. А вот неумелыми руками брать оружие, чтобы научиться владеть этим оружием, - ох, как довелось! 1942-й год. Занятия в школе продолжались, но учеба отошла на второй план. Учителя и школьники много времени проводили на строительных площадках аэродрома, выполняли тяжелые земляные работы на сооружении противотанковых укреплении, рыли окопы. Работали, не покладая рук, надеясь, что и их труд будет весомым вкладом в победу над врагом. Они не допускали мысли, что оккупант придет к родному порогу. Со слезами на глазах и с большой душевной болью жители провожали уходивших на восток солдат. А вскоре по опустевшему поселку пронеслись моторизованные части противника. Новые хозяева пришли. Из 14 участников подпольной группы поселка Краснодона десять только что покинули школьные аудитории. По возрасту - они почти ровесники, учились в одном или параллельных классах, прекрасно знали друг друга, доверяли. Начинали с тайных встреч, делились мыслями о происходивших событиях, рассуждали о том, что могут сделать сами. Потом появились листовки, радиоприемник, шла агитация среди односельчан. Делали все, что могли, что было в их силах. В одном из воспоминаний мы находим интересный факт: Женя пыталась достать пишущую машинку, причем обращалась к знакомой женщине, работавшей в одном из «новых» учреждений. Приходила «с каким-то парнем». Зачем понадобилась машинка? По-видимому, для листовок. Сведениями о том, нашли ли ее, мы не располагаем. Но лишь констатируем: это был отчаянный шаг, ведь ее могли предать. Все новые и новые подробности припоминала Елена Никифоровна: «Как-то пленных гнали, а она, моя доченька, бросала им хлеб. Не боялась, что ее убьют. Войдя в дом, сказала: «Ну, вот, мама, я вернулась. А может, и нашему отцу кто-то подаст». А потом она куда-то отнесла сушеную картошку, отцовы брюки, сорочки. Оказывается, спасли трех военнопленных. Однажды Женя пришла домой расстроенная, сообщила, что в полицию взяли Сумского. «Мне ничего не угрожает». Но вскоре арестовали и ее. Меня в это время не было дома. Из тюрьмы передавала записки: просила не беспокоиться». Всех арестованных погнали в город Краснодон и там, у шурфа шахты №5, казнили. А похоронили по просьбе родителей в центре родного поселка. Неразлучных подружек, Женю и Тоню Дьяченко, которые и сидели за одной партой, вместе и пели, и подпольщицами стали, - положили и одном гробу. Очень верно сказал краснодонский поэт Геннадий Кирсанов:
«В вашей краткой юности,
Видно, дружба - главное».
 
Р.М. Аптекарь, Г.М. Луганцева.
Музей «Молодая гвардия»
Из газеты «Ижица», 12 марта 2003 г.
 
 
Из письма Владимира Михайловича Сулейманова (троюродного брата Жени Кийковой).
 
Женя старше меня, общение с ней помню с 1937 по 1941 г. Вместе с ее сверстниками часто ходили в степь за полевыми цветами. Донецкие степи в то время были очень богаты красными тюльпанами.
… Мать Жени Елена Никифоровна (Ткачева – девичья фамилия). С тридцатых годов жила в пос. Краснодон. Евгения Кийкова дочь от первого брака. Фамилия Е.Н. по второму мужу Городецкая. Он погиб в ВОВ. Родители Е.Н. и она сама были людьми верующими, поэтому Женя была крещена. Краснодон был освобожден в 1943 г. После возвращения с фронта моей матери Екатерины Сергеевны (двоюродная сестра Е.Н.) Е.Н. переехала из поселка в г. Краснодон, где они проживали вдвоем до конца жизни по ул. Банковской 18 кв. 2 (сейчас ул. Лютикова).
 
(Большая благодарность за весь присланный материал Наталии Малясовой!)
 

 
Из экспозиции музея "Молодая гвардия" г.Краснодона
 
 
 
Из книги «БЕССМЕРТИЕ ЮНЫХ». СБОРНИК ДОКУМЕНТОВ И ВОСПОМИНАНИЙ О ГЕРОИЧЕСКОЙ БОРЬБЕ ПОДПОЛЬЩИКОВ КРАСНОДОНА В ДНИ ВРЕМЕННОЙ ФАШИСТСКОЙ ОККУПАЦИИ (июль 1942 — февраль 1943 гг.)
Составители: А. Г. Никитенко, Р. М. Аптекарь
Издание седьмое, переработанное и дополненное
ДОНЕЦК ОРДЕНА «ЗНАК ПОЧЕТА» ИЗДАТЕЛЬСТВО «ДОНБАС» 1988
 
КОМСОМОЛЬСКИЙ БИЛЕТ ОБЯЗЫВАЕТ
Воспоминания Е. С. Сулеймановой (Е. С. Сулейманова — одна из первых комсомолок поселка Краснодона, участница частей особого назначения по борьбе с бандитизмом. – Автор книги.) о племяннице Евгении Кийковой
 
Женя решила вступить в комсомол. Помню, однажды осенью, в грязь и дождь, она пешком пришла ко мне в город из поселка Краснодона, где жила с родителями. По глазам вижу: что-то случилось. Она решилась поговорить со мной «по очень серьезному делу и только наедине». Хочет вступить в комсомол. Разве я могла отговаривать?
Я сказала лишь, что это серьезный шаг. На комсомол нельзя смотреть просто так: сегодня вступлю, а через месяц, если не понравится, уйду. Посоветовала ей хорошенько по­думать и решить, как подскажет совесть.
Женя долго не раздумывала. Она твердо решила стать комсомолкой. Вскоре, счастливая и радостная, она получила комсомольский билет.
Для семьи это было целое событие. Мать, радуясь в душе за свою дочь, проговорила: «Вот ты уже и комсомолка». Женя теперь чувствовала большую ответственность: подтя­нулась в учебе, считая, что учиться должна только на «хоро­шо» и «отлично». Вскоре ее назначили пионервожатой. С этим поручением она вполне справлялась. Главное, она любила свою работу, любила ребят и скучала без них. Женя была искусной рукодельницей, хорошо играла на гитаре и пела. В своем пионерском отряде организовала кружки: рукодель­ный — для девочек, струнный и хоровой — для всех.
Часто со своим отрядом уходила на экскурсию в поле, чи­тала им на отдыхе что-нибудь интересное или пересказывала прочитанное ранее. Ребята ее очень любили.
...Началась война. Многие ушли добровольцами на фронт. В их числе был и отец Жени. А сама Евгения металась из поселка в город, подавая заявления в райком комсомола и райвоенкомат с просьбой отправить в армию. Об этом никому не говорила, ни с кем не советовалась, кроме своего двою­родного брата.
...Фашисты подходили к Краснодону. Многие жители ра­ботали на строительстве оборонительных сооружений. Не по­кладая рук вместе со всеми трудилась и наша Женя. Мать не видела ее по нескольку дней. Теперь ее трудно было узнать: стала взрослее и мужественнее. Куда девалась за­стенчивость.
Расстались мы зимой 1942 года и никогда уже не встре­тились. Я вернулась в Краснодон в мае 1943 года, когда Евге­нии уже не было в живых. Побывала в квартире, но без нее там было пусто...
А мать, Елена Никифоровна, моя сестра, припоминала всё новые и новые подробности...
«Как-то пленных гнали, а она, моя доченька, бросала им хлеб. Не боялась, что ее убьют. Войдя в дом, сказала: «Ну, вот, мама, я вернулась. А может, и нашему отцу кто-то по­даст». А потом она куда-то отнесла сушеную картошку, отцовы брюки, сорочки. Оказывается, спасли трех военнопленных...
Однажды Женя пришла домой расстроенная, сообщила, что в полицию взяли Сумского. «Мне ничего не угрожает». Но вскоре арестовали и ее. Меня в это время не было дома...
Из тюрьмы передавала записки... Просила не беспокоиться...»
 
1958 год.
 

 
Из экспозиции музея «Молодая гвардия» школы № 152 г.Челябинска
 
 
Биография, составленная Лапиным А.А.
 
Кийкова Евгения Ивановна.
 
Родилась 23 июня 1923 года в городе имени Парижской Коммуны Ворошиловградской области. В 1931 году пошла в первый класс паркоммуновской фабрично-заводской семилетки. В 1935 году семья переезжает в посёлок Краснодон, и Женя продолжает учёбу в школе № 22. В марте 1940 года она вступила в комсомол. Активно участвовала во всех школьных мероприятиях, пользовалась любовью первоклассников, будучи их вожатой. Летом 1942 года закончила девять классов. Вместе с подругами бывала в госпитале, помогала раненым. В период оккупации Краснодона Женя вступила в «Молодую гвардию». Рекомендовал её Николай Сумской. По поручению штаба расклеивала листовки, портила провода фашистской связи, заражала клещом зерно, предназначенное для отправки в Германию.
В первых числах января 1943 года Евгению Кийкову арестовали, расстреляли и бросили в шурф шахты № 5. Похоронена в братской могиле молодогвардейцев в посёлке Краснодоне.
Награждена орденом Отечественной войны 1-й степени (от 13 сентября 1943 года) и медалью «Партизану Отечественной войны» 1-й степени (от 10 сентября 1943 года) (посмертно).
Поиск
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz

  • Сайт создали Михаил и Елена КузьминыхБесплатный хостинг uCoz